— Не волнуйся. Подружка что-нибудь придумает.
— Ну ладно. Ты за ключами вечером заедешь?
— Нет. Меня сегодня рано отпустили. Через час могу быть у тебя.
— Хорошо, доченька, приезжай. Только купи папе по дороге «Випросал».
— Ладно. Целую. До встречи.
Я положила трубку.
— Ну вот, Ира, мы с вами едем собирать колорадского жука.
Она улыбнулась чуть грустно:
— А я уж про такое напрочь забыла…
— Я сейчас поеду к своим родителям. Они на Петровском поле живут. Примерно в час уложусь. На обратную дорогу тоже час. Ну и там — ценные указания выслушать. В общем, за три часа постараюсь управиться. Сейчас час дня. Значит, буду у вас где-то между половиной четвертого и четырьмя. Соберитесь — зубная щетка, джинсы, удобные тапочки, в общем, все для дачи… да, купальник не забудьте — и ждите меня. Не волнуйтесь.
Ира усмехнулась:
— Я уже ни о чем не волнуюсь. Приезжайте, буду ждать.
И я поскакала к своим. Через весь город за час… Плакала моя неполученная премия — придется машину брать. Но ведь это деньги имени Манохина! Туда им и дорога.
Я вышла к кромке тротуара и решительно подняла руку.
Капитан Петренко, стоя навытяжку перед командиром, доложил, что задание выполнено: девушку встретили и доставили домой в целости и сохранности. Правда, по дороге произошло нападение неизвестных лиц, предположительно грабителей. Состоялся силовой и огневой контакт, нападение отбито без потерь с нашей стороны.
Подполковник приподнял бровь:
— Ну-ка сядь, с деталями расскажи.
Выслушал, пожевал губами.
— Так. Иди-ка напиши подробный рапорт на мое имя и еще рапорт на имя начальника УВД области полковника милиции Перепелицы М. А. от моего имени — как сопроводиловку, отдай Марине перепечатать в трех экземплярах, и пусть занесет мне на подпись.
Петренко удивленно взглянул на командира — зачем так высоко рапортовать?
Тот понял, усмехнулся:
— А пусть нам с тобой очки за активность засчитает, а Гармашу с его гаишниками задницу начистит за бардак на дорогах. Распустили шпану…
Рапорт ушел в областное УВД с вечерней почтой в семнадцать часов.
Инна Васильевна пошла с утра на работу с удовольствием. Там можно было и выговориться, и отдохнуть от этой дурной встречи.
Она до сих пор никак не могла прийти в себя — ей показалось, что приехала не ее любимая дочечка, а совершенно посторонний человек. Чужая, холодная, совсем взрослая женщина. Даже из другого круга.
А здесь, в магазине, все было родным и привычным: и девочки за прилавками, и ее рабочее место — аптечный киоск в углу. Сюда она устроилась работать недавно, продавать лекарства оказалось для нее делом и приятным, и в какой-то мере привычным.
Время близилось к перерыву, за стенами магазина было уже жарко и душно. Но внутри еще сохранялась прохлада, напоенная разными аппетитными запахами… Это девочки-продавщицы варили суп на весь коллектив — перерыв часто превращался в часовой клуб с детальным пересказом действий каждого героя в десяти сериалах, которые показывали вчера вечером. Часы показали без пяти час, и Жанночка-кассирша закрыла входную дверь на тяжелый засов.
Когда был съеден неизменный суп и пересказаны все важные сплетни, пришла заведующая. Она только успела приехать из торга — и теперь, прихлебывая супчик, рассказывала об утреннем совещании. По дороге Раиса Гордеевна успела еще и газеты прихватить, и пока начальница насыщалась, подчиненные знакомились со свежей прессой.
Инна Васильевна, хоть и не принадлежала к штату магазина, уже стала в коллективе своей — суп варили и на нее тоже. Она же угощала всех своим печеньем и вместе со всеми сплетничала в перерыв.
Она успела первой ухватить скандальную «Зебру», не гнушавшуюся самыми нелепыми и непроверенными слухами. Но эту самую «Зебру» сметали всегда с газетных лотков прежде всех прочих: ее небольшой тираж появлялся в пятницу рано утром, и уже к обеду редко где можно было найти свежий номер.
Инна Васильевна лениво просматривала первую страницу, когда ее внимание привлек заголовок: «Побег из борделя». Какие-то буквы были кроваво-красными, какие-то черными. Мамочка принялась читать — сперва спокойно, а потом все с большим интересом.
Все правильно! Все, как она и рассказывала племянничку Клавдии Гавриловны! Только почему ж он названия фирмы не указал? Неужто побоялся? А, небось растянуть удовольствие хочет, самое смачное на конец приберегает…
Да, вот внизу и написано: «Редакция начинает собственное журналистское расследование». Так их! Я вам всем покажу!..
Несколько минут Инна Васильевна наслаждалась картинами мести, возникающими перед ее мысленным взором… Но потом чуточку пришла в себя. Надо позвонить Клавдии Гавриловне, поблагодарить.
Мамочка грузновато поднялась со стула:
— Раисочка Гордеевна, миленькая, можно, я из вашего кабинета позвоню? Буквально минуточку…
— Пожалуйста, — та пожала плечами.
Клавдия Гавриловна отозвалась почти сразу, как будто сидела и ждала звонка.
