А в два часа ночи не хочешь? Ну, такого у меня ещё не было, чтобы под подъездом караулили!
- Извините, Вадим Андреич, но наша информация - это наш хлеб. Поэтому каталоги мы из офиса не выносим - не полагается.
- Я понимаю, ноу-хау.
- Вроде того.
- Ну тогда разрешите мне вас хоть до дому проводить, раз уж побеспокоил зря.
Проводить - это хорошо. Меня давненько никто не провожал. Опять же, будет на кого сумку повесить. И хихикнула сама себе - чего выделываешься? Ведь он-то именно для этого пришел, а не в чужие фото пялиться. Большая уже, понимать должна.
- Спасибо, Вадим Андреич, проводите.
И какой прекрасный повод, чтобы не стирать весь вечер! У меня уже много лет так: пятница - стирка, суббота - закупки и уборка... А по натуре я лодырюжка, поэтому стараюсь от обязательной программы хоть на день, а увильнуть.
Я с чистой душой отдала Колесникову свой пакет. Сегодня он был особенно тяжелым - Валюша книжки вернула. Она фантастику очень любит и глотает просто тоннами. Вот эти тонны я и волокла бы сейчас домой на себе, если б носильщик не подвернулся.
Я усмехнулась.
- Ну, Дима, что же мы стоим? Пошли?
- Вы в метро собрались? - спросил он, видя, что я повернула влево.
- Да.
- А, может быть, пешочком пройдемся? Хоть немного... Вечер сегодня какой!
Вечер был чудесный - это правда. Из скверика по соседству доносился запах акации - поздновато в этом году расцвела, наверное, прохладно ей было. Темнеть ещё не собиралось, но у метро уже зажглись фонари. Воздух становился чуть прохладнее, однако от домов и асфальта ощутимо лучился жар, накопленный за целый день.
Идти мне было приятно. Во-первых, без сумок все-таки, а во-вторых, не одна...
- Ну, Вадим Андреич, как развлекать будете?
- Да вот, подумал было вас к себе позвать... Обещал же показать, как из хрущевки что-то жилое сделать можно. Но...
- И правильно. Не пойду я к вам - не хочу. Сами же сказали - вечер хороший.
- Воля ваша. Тогда через Сад пройдемся - подышим. А там я вас в центре и на метро посажу...
- Согласна.
- Знаете, Анна Георгиевна, только давайте о работе не говорить. Я устал за целый день, вы тоже...
- Хорошо, не будем.
Он прав - чего о ней в свободное время говорить...
- Давайте, Анна Георгиевна, я вам лучше о рыбалке расскажу.
- Почему? Почему именно о рыбалке?
- Очень люблю рыбку ловить.
Ну, это пожалуйста. Я люблю слушать, когда говорят о любимом деле. Особенно, если самой помолчать можно.
Вышли на площадь. Она у нас большая и довольно красивая. Какая-то там в мире и Европе по размерам. Посередине - памятник социалистических времен. Смотрит на бывший обком, а рукой (без кепки, правда) на парковый сортир указывает.
Парк тоже неплохой - его Садом у нас называют. Рядом - университет. И биологи тут периодически всякие шедевры высаживают - упражняются. Получается довольно красиво.
Площадь брусчаткой выложена, на каблуках по ней идти - сплошная мука.
- Анна Георгиевна, обопритесь на мою руку, тяжело идти ведь...
- Спасибо. И знаете что, зовите вы меня попроще - не в департаменте же.
- С удовольствием. А как вас называют: Аней или Нюсей?
- Вообще-то Асей. Но за Нюсю спасибо. Все же не Нюра.
- Не стоит благодарности. А я - Дима.
- Я помню.
Вечерами в Саду довольно многолюдно - гуляют, сидят в кафе - пиво пьют или чего покрепче... Музыка играет, красота...
- Слушайте, Ася, я за целый день проголодался, как собака. Да и вы, подозреваю, тоже - двенадцать часов на одном кофе не высидишь.
- Нет, не очень...
- Давайте в "Хрусталь" зайдем...
- Не хочу - душно.
Знаю я вашего брата: ужин в ресторане вы воспринимаете какключик к спальне.
- А мы на веранде останемся. Мороженого съедим, может...
"Хрусталь" в нашем городе - заведение знаменитое. Первый кооперативный кабак. Мороженое там - закачаешься, сортов тридцать. И десерты всякие, и салаты фруктовые - рай для женщины, одним словом.
- Уговорили, Дима. Против мороженого устоять не могу. Только вы о рыбалке своей ещё ни слова не сказали.
- Успею еще.
Он нашел столик на веранде, усадил меня, свалил все сумки и исчез где-то у стойки. Я сидела спиной, но повернуться не возникало ни малейшего желания. Пусть делает, что хочет - большой мальчик. А я посижу - сто лет уже нигде не была.
Появилось у меня пока только одно желание - снять надоевшие за день туфли. И с колоссальным удовольствием я вылезла из кожаных лодочек. Только теперь почувствовала, как устали ноги.
- Ася, чего вы хотите на сладкое?
Братец Колесников, откуда такие замашки? Я-то думала, что съедим по разноцветному мороженому и по домам разойдемся, а у него, оказывается, грандиозные замыслы. Напору столько, словно не химиком был, а танкистом! Ну и ладно, злоупотребим... И я высказала свою давнюю мечту:
- Наполеон хочу...
Глаза у меня полуприкрыты и поворачиваться не хочется. Кути, как хочешь, Вадим Андреич...
- Знаете, Ася, вы сейчас на лису похожи, которая на солнышке греется...
И этот туда же! Ну что мне со своей мастью делать? В вузе красилась в брюнетку. Но ни веснушки, ни глаза спрятать я не могу. В группе все уважительно Патрикеевной звали. А бывший мой - так тот даже Рыжей Мордой... А, пусть. Да, рыжая.
