Порой редкий дар – это приговор, особенно когда на тебя охотится сильнейший маг Империи.Решись противостоять. Попробуй. Играй роли, следуй за силой, стань собой. У тебя будет шанс спастись. Но что ты готова ради этого отдать?Чувства пойдут вразрез с планами, маски слетят, а цена окажется высока. События далекого прошлого подарят ответы, успей их получить. Только знай – назад дороги нет, ты не останешься прежней.
Если забраться на выступ в стене и встать на цыпочки – в узком оконце под потолком можно увидеть небо, самый его край. Манящий бледно-малиновый кусочек с редкими, разорванными в клочья облаками. Скоро оно станет именно таким. Время истекает. Вернее, его нет совсем.
Темнота перед рассветом всегда зловещая и густая. Тишина угнетает, давит на уши. Кроме меня здесь – никого. Кричи, пока не охрипнешь, – даже эха нет. Орлин, магистр Академии западного королевства и мой наставник, говорил: будешь плохо учиться – сгинешь без следа, никто и не вспомнит. Я училась хорошо, и вот итог. Оказалась в подземелье, сыром и мрачном. А Орлин уже ничего не скажет… никому и никогда.
Все случилось два дня назад – быстро, стремительно, молниеносно. Долгожданная практика по сбору трав, окраина леса, три ученицы с наставником. Он умер первым. Их было больше, намного. Оглушающая волна темной энергии, колючее облако дыма. Пульсация в висках, вязкое болото под ногами. Я успела обнять Дарину. А потом мир погас.
У меня остался ее кулон. Хрустальный кругляшок, а внутри рисунок – кролик, сидящий верхом на месяце. Дарина говорила, это лунный заяц. Неправда. У зайцев уши длиннее. Она могла заставить кулон светиться, в буквальном смысле. Хрусталь – превосходный проводник энергии. Дарина повесила мне его на шею в то утро. Мы с ней с первого дня обучения были вместе, с семи лет. Однокурсницы, соседки по комнате, близкие подруги. Почти как сестры. Не все родители рады, когда им сообщают: ваш ребенок маг. Прощайтесь с ним, отдавайте в Академию и пишите письма. Мои не писали. Дарине – иногда, по праздникам.
Это могла быть ее шестнадцатая весна. И моя тоже. Впрочем, сдаваться рано… У меня есть шанс выбраться, и я его не упущу.
Время в подвале тянулось медленно. Томительное ожидание, слабость и головокружение – наверное, от голода. Была только вода, и та заканчивалась. Решетка не поддавалась, открыть ее не выходило. Защитное заклинание можно попробовать взломать, а вот обычный замок… Сидеть было не на чем, спать и подавно. Пригодилась учебная мантия – постелить на холодный пол. Она смотрелась тут единственным ярким пятном: вызывающе красная – такой уж цвет у факультета боевых магов. Никто не заглянул ко мне, ни разу. Сейчас явятся непременно, ночью взошла полная луна. Наступающее утро – то самое.
Я знаю, кто они. Адепты Культа запретной магии, живущие по собственным правилам, а не по законам Империи. Используют опасные древние чары, которые ныне строго караются казнью. Раньше я видела адептов исключительно на картинках – со зловещими лицами и взглядами. В реальности оказались маги как маги, от обычных не отличишь. И я догадываюсь, что они хотят сделать.
Зачем убивать наставника Академии и накрывать его учениц заклинанием вытягивания жизни, будто проверяя нас на прочность, а потом забирать уцелевшую? Естественно, темную: светлый маг бы долго в облаке истинной тьмы не протянул. Дарина не протянула… Насчет Октавии не уверена, она хоть и темная, но дара в ней кот наплакал. Я же идеальный источник энергии – только-только вошла в полную силу. Для чего он им нужен? Я слишком усердно изучала список запрещенных Надзором ритуалов, чтобы не сопоставить факты.
У меня получится. Орлин говорил: побеждает не тот, кто сильнее бьет. Побеждает тот, кто знает, куда бить. И знает когда. Надо просто выждать подходящий момент. Второй попытки не будет.
В оконце замельтешил рассвет, по стене скользнула тень. Я зажмурилась. Послышались шаги – гулкие, неторопливые. Лязгнул замок, заскрипела решетка.
– Подойди ко мне, – настойчиво позвали меня.
В голосе чувствовался приказ. Я подчинилась, хоть ментальному внушению и не поддалась. Раскрываться нельзя. Если поймут, что я не та, кем кажусь, то все пропало.
Я открыла глаза и поднялась с пола, расправляя подол платья. Их было двое. Немолодой мужчина с родимым пятном на остром подбородке, в небрежно накинутом сером балахоне. И девушка. Сразу стало ясно: это она. Болезненная бледность, изможденное лицо, потухший взгляд. Все равно красивая. Распущенные пепельные волосы закрывают спину, белоснежный шелк платья струится по хрупкой фигуре. Похожа на разбуженную среди ночи принцессу. Или невесту. Где-то я ее уже видела…
Переступив через порог, она едва не споткнулась. Спутник бережно придержал девушку за руку, прислонил спиной к стене. Кто ее так? Проклятие смертельное, до новой луны красавица не дотянет.
– Может, прямо здесь? – спросил он встревоженно.
И менталист, и жрец, значит. Проводить ритуалы может не каждый: нужен особый темный дар, позволяющий постичь оккультную науку.
– Без разницы, – пожала плечами девушка. На меня она при этом и не посмотрела. Словно я мебель или вовсе соткана из воздуха. – Это ведь недолго.
