В украшенном полевыми цветами зале не было ни одного свободного стола. Сплошь шумные и не очень сборища народа, расположившегося под витиеватыми медными люстрами, которым в столичном театре самое место. Странноватый интерьер, чего стоит хотя бы камин из розового мрамора, с огромным дымоходом, уходящим в потолок. При этом всюду волчьи шкуры и ветвистые головы оленей в рамках, на входе – чучело зубастого медведя. Тоже мне охотничий домик, скорее обитель помешанного чучельника.
Меня сразу поманили к себе парни из-за самого людного стола, один недвусмысленно подмигнул. Я покачала головой, мол, не ищу компании, и прошла мимо. Выбрала свободный стул у питейной стойки, не вблизи Богдана, но так, чтобы ему было меня прекрасно видно. Заказав любимого слабенького вина, устало облокотилась о стойку, как делают те, кто просто хочет спокойно посидеть после тяжелого дня. Подобное выражение лица у дамы напрочь отбивает желание к ней подходить, а уж заговаривать тем более. Трактирщик поставил передо мной изящный бокал, я придирчиво его понюхала и громко спросила, якобы пытаясь перекричать смех за соседним столом:
– Это точно урожай с южных плантаций?
Совершенно справедливо спросила, букет ароматов был непривычным, еще и корицы зачем-то насыпали.
– Обижаете, – хмыкнул он с видом оскорбленного достоинства. – Есть у нас, конечно, вино получше, но там и градус соответствующий.
– Учтите, я с юга, – предупредила строго и таким же повышенным тоном, – надеюсь, на вкус ваше вино более южное, чем по запаху.
Трактирщик немедля забрал бокал, не дав проверить, и заменил на другой, содержимое которого было больше похоже на то, что я заказывала. Нужного эффекта добилась: Богдан уставился на меня, в его глазах мелькнуло узнавание. Я тепло ему улыбнулась, намекая, как приятно увидеть кого-то знакомого в новом для меня городе. Он мгновенно бросил товарищам пару слов и переместился ко мне вместе со стулом и кружкой эля. Отлично, что долго ждать не пришлось.
– Дарина! Какими судьбами?
– Искала хорошее вино, – я отпила и довольно кивнула трактирщику, – нашла.
– Прошлое тоже было хорошее, – буркнул тот, – оригинальная рецептура.
Ну да, такая оригинальная рецептура, что на юге о ней и не слышали. Получив положенные монеты, трактирщик переключился на клиентов с другой стороны стойки, оставив нас с Богданом вдвоем. Ну, насколько можно было остаться вдвоем в людном зале.
– Правильно, так его, – одобрительно усмехнулся он в усы. – Вечно норовит шибко оригинальное подсунуть, затейник. Потом и не знаешь, что в итоге пил и стоило ли это делать. Ты как? Сложный денек выдался, наверное.
– О да! – Я склонила голову набок, продолжая расточать улыбки и всячески показывая, что наша встреча неимоверно скрасила мой день. – Загоняли во дворце, только вырвалась. Спасибо за твои рассказы в прошлый раз, помогли не чувствовать себя совсем уж несведущей.
– Не за что, обращайся, – зарделся он. – Куда распределили-то, в дворцовую стражу?
– А вот и нет, – загадочно протянула я и, продержав интригу целых пять минут, в течение которых от меня активно допытывались ответа, сдалась. Сообщила пониженным голосом: – Бумажки зачаровываю охранной магией от рассвета до заката там, где их очень и очень много. Целое здание бумаг, как бы секретных, но ужасно скучных.
– Ого, – присвистнул Богдан обрадованно. Видимо, знакомые «секретарские» девы из тайной службы ему были полезны. Ну или Культу, который хочет быть осведомлен о том, что происходит в ее стенах. Особенно после вчерашнего неудачного покушения на принца. – Расскажи.
– Клятва же…
– Я в курсе. Да и зачем мне содержание скучных бумаг? Любопытнее, что там в стенах творится.
Глаза у него засверкали, сразу видно: не из праздного любопытства спрашивает. Дурак. Его счастье, что тайная служба не выловила и не допросила с пристрастием. Если это сделать, людей из Культа можно спугнуть, заставив залечь на дно. Потому и подослали меня, предполагая, что хотя бы местом службы Богдана заинтересую.
– Сегодня какой-то переполох у них, срочные отчеты да совещания, – поделилась я, – уж не знаю, в норме ли это, или случилось что из ряда вон.
– Хм, а в столице вроде тихо. – Он так озадаченно поскреб подборок, что почти поверила. – Разве что ночью очередной кабак разгромили, снова младший принц постарался.
– Кстати, о нем… – перешла я на шепот. Богдан взволнованно подался ко мне. – Видела его, представляешь? Утро было, а он в саду валялся с графином чего-то забористого. Удивилась… мягко говоря.
– Нечему, – усы стража сложились в презрительную гармошку, – вот был бы принц с чашкой чая и книгой – стоило бы удивиться.
– Но это же ненормальное поведение, – не согласилась я. – В семье избранных родился, живи и не тужи. А тут такое… Может, у него проблемы?
– А то, – ответили мне с явным намеком, что проблемы у Германа не иначе как с головой. – Я в городской страже десяток лет и семь из них периодически прибираюсь после его гулянок. Вчера еще легко отделались, не сгорело ничего, не рухнуло, и даже голых дев с крыши не доставали.
