– Достаточно далеко. Не бойся, – прислушавшись, ответил я и осторожно выглянул из-за края могилы, увидев на расстоянии пары сотен метров высокий мужской силуэт, несущий с видимым усилием что-то большое и непонятное. Неужели еще один страдалец с трупом? Нет, по контурам вроде бы непохоже. Да и в том направлении всего лишь большое поле. Что может там понадобиться в такое время?
– Ах да. Старый знакомый, – с облегчением выдохнул некрофил, и по его лицу расплылась неприятная улыбка.
– Он тоже интересуется трупами?
– Нет. Звездами там разными, планетами.
– В каком смысле?
– Ну, астроном или что-то вроде того. Я несколько раз видел его на том поле со всеми прибамбасами и даже как-то немного поболтал под настроение. Он утверждает, что здесь, вдали от «засветки» города, идеальная видимость и условия не только для наблюдения за небом, но и астрофотографии.
– Тогда, наверное, он нам не очень помешает, – кивнул я. – Хорошо, давай продолжим.
– Не глубока ли могила для такой девочки? – пожал плечами некрофил, с хрустом расправляя плечи. – Здесь уже, наверное, можно таких штук шесть засунуть.
– Думаешь?
– Ты сам посмотри. Предлагаю немного передохнуть и поразвлечься. А то непонятно, что из всей этой нашей затеи получается.
Я неторопливо выбрался из могилы и огляделся. Действительно, вышла весьма внушительная яма, и, несомненно, стоило передохнуть. Только, разумеется, мне одному, а не в такой отвратительной компании.
– Подай мне руку – земля осыпается, – попросил некрофил со странным придыханием в голосе.
– Одну секунду, – ответил я, вспоминая слова тренера, который всегда просил нас перед поединком улыбаться. Не знаю почему, но он утверждал, что даже убивать человека надо с улыбкой, и тогда для всех это событие пройдет легко. Может быть, он окажется прав. В любом случае мне неожиданно остро захотелось последовать именно сейчас всему тому, чему я доверял, и тем самым, возможно, максимально дистанцироваться от того, что должно случиться.
– Эй, куда ты?
Это были последние слова, произнесенные моим кладбищенским знакомым, а в следующее мгновение, замахнувшись, я обрушил на его голову кирку. Удивительно, но это не потребовало никаких усилий, разве что поддерживать на лице улыбку. Ведь я был прав и карал от лица людей, а не просто применительно к нашей частной ситуации. Во всяком случае, мне это казалось бесспорным и абсолютно справедливым.
В первую неделю моей работы в Островцах я стал свидетелем вскрытия гроба какого-то криминального авторитета, проводившегося по инициативе группы людей в форме. Они пригласили одного из «копателей», который сначала очень осторожно попробовал справиться с крышкой лопатой и ломом, но из этого ничего не вышло. Когда же его окрикнули, попросив поторопиться и «разнести поскорее это все в щепки», он схватил кирку и в считаные секунды отбросил разбитую крышку. Насколько я понял, кроме пистолета, вложенного кем-то в руки усопшего авторитета, ничего примечательного в гробу найдено не было, однако этот эпизод запал в душу и показал мне – насколько опасным оружием была кирка. Наверное, поэтому сейчас я не испытывал ни малейших сомнений, что некрофил мертв и ожидает на дне ямы, пока к нему присоединится Ди, чтобы вместе быть погребенными под толщей земли.
В какой-то момент я усомнился – не оскорбит ли память о невесте подобный тандем в могиле? А потом нервно рассмеялся собственной сентиментальности, ведь для этих людей ничего в материальном мире уже не имело значения.
– Какая ерунда только не лезет в голову, – прошептал я, с удовольствием валясь спиной на мягкую землю и глядя в чистое небо, где уже можно было различить диск луны. Наверное, для астронома сегодня был хороший день, и не только для него. В самом деле – теперь, кажется, оставалось совсем немного, и можно было, сбросив самый опасный груз, планировать что-то дальше. А пока, наверное, стоило действительно передохнуть и немного собраться с силами, что я и хотел сделать, когда услышал из могилы хриплый стон.
Неужели некрофил оказался настолько живучим? Или я не рассчитал силы удара? Все может быть. Ведь человеческий череп – вообще штука весьма твердая. Тем более когда речь шла об опасности для жизни. В любом случае это значило только одно – время передохнуть, к сожалению, еще не наступило, а вот закапывать могилу – пришло точно.
