В тот же миг весь обзор закрыли всколыхнувшиеся упругой волной угольно-черные волосы заслонившей меня спиной близняшки. Я только вздрогнула от столь неожиданной близости.
— Великолепное сокрытие ауры. Теперь даже я не могу отличить тебя от простой души, — довольно протянул приближавшийся Гаруда, выглядевший расслабленно и раскованно, если бы не его холодный цепкий настороженный взгляд голубых глаз и слабо вьющаяся у самой кожи черная дымка. — Но рефлексы, я смотрю, у тебя остались прежними, несмотря на эволюционный скачок, — остановился дух на безопасном расстоянии. — Вот только спрятать ее теперь, как раньше, в своем подсознании у тебя не выйдет.
— Ирина? — дошло до меня наконец.
И одновременно с этим я ощутила натянувшуюся между нами связь. Для этого нужно было лишь понять, что отклик нужно ждать теперь не изнутри, а снаружи.
Это было очень странно. Связь ощущалась теперь совсем иначе, ведь Верас теперь не была частью меня и стала отдельной полностью сформировавшейся личностью с собственным мнением и чувствами. Теперь ее эмоции не были отражением моих собственных. Пока еще слабые, не до конца осознанные, но несомненно настоящие.
Я ощущала их и точно знала, что они не мои.
Я чувствовала, что Лаврова была в замешательстве. Она ничего не понимала. Она озадачена собственным изменившимся положением, потому как все её попытки абстрагироваться и вернуть холодную непоколебимость терпели неудачу. Она запуталась и растерялась, чувствуя себя беспомощной и потерянной. Из-за этого от неё начала исходить смесь раздражения и легкого страха. Раздражения от невладения ситуацией и страха из-за слов Гаруды, что я оказалась теперь в уязвимом положении.
Не знаю почему, но последнее меня успокоило настолько, что, расхрабрившись, я сама положила руку на ее плечо и с любопытством высунулась из-за плеча. Так же, как делала это всегда, с той лишь разницей, что происходит это теперь в реальности.
Теплая. Даже горячая.
Как странно её трогать. Такое ощущение, что прикасаешься к чему-то ненастоящему, эфемерному, пришедшему из сна, что должно развеяться на глазах, но почему-то упрямо остается на месте.
Ну и дура же я, если испугалась своего собственного Вераса. Ведь она сама первым делом только что заявила, что несмотря на неожиданный результат, приведший к нашему разделению, все еще считает себя обязанной мне подчиняться. И уж точно ни в коем случае не причинит мне умышленного вреда. А также не позволит причинить мне вреда никому другому.
Для нас двоих ничего не изменилось. Пусть мы и перестали быть единым целым, но наши отношения остались прежними.
Ирина бегло скосила на меня взгляд. Через прикосновение к ее плечу я чувствовала огромную силу Вераса, скатанную в сверхплотный шар и заключенную в человеческое обличье. Она вибрацией отдавалась в пальцах, просачиваясь сквозь бледную прозрачную кожу. И я тоже дрожала всем телом, внезапно увидев перед собой океан разумной энергии, изливающейся в окружающее пространство через светящуюся рыжим радужку.
Связь внезапно натянулась и расширилась, как и звериные зрачки, окруженные завораживающим мерцающим пламенем.
Вся эта сила... Вся невообразимая мощь, ощущаемая легким зудом в ладони... Я чувствовала, как она мягко обволакивала меня, согревая, преданно ластясь и потираясь, подобно огромному животному. Верас будто кричала мне всей своей сущностью: “Прими меня! Я вся полностью и без остатка подвластна лишь твоей воле! Прими меня, как воплощение своей силы, и направляй меня! Используй, как пожелаешь! Только не бойся, только не отталкивай меня! Не оставляй одну! Без тебя я беспомощна!”
И я не стала ее отталкивать, а наоборот обняла со спины, положив голову на родное плечо и пытаясь успокоить перенервничавшее воплощение собственных сил. Это сработало. Глупый страх исчез, сменившись покоем и уверенностью в собственные силы. Уверенностью в нее.
И Ирина это мигом почувствовала. Ее плечи расправились и сама она будто стала выше ростом. Все терзавшие ее сомнения мигом улеглись, и до меня по связи донеслась ее радость и облегчение.
— Считаешь, что я больше не смогу защищать ее, как прежде? — провокационно изогнула бровь Верас, накрывая одну мою руку своей, а в ее сухом тоне прорезались первые стальные нотки угрозы: — Хочешь первым убедиться в обратном?
Конец POV Кира
Гаруда скривился под маской, увидев две абсолютно идентичные спокойные полуулыбки. Причем беловолосая Кира с каждой минутой в целительной ауре поменявшей полярность Вераса (или кем там стала эта тварь со своими 16 духовными слоями (если считать вместе со сроднившейся человеческой душой, то всеми 19-ью)) становилась все более похожей на живую. А вот у Лавровы из-под верхней губы виднелись кончики подросших клыков.
Быстро сориентировались, сучки.
Если бы он поторопился и убил Киру на месте прежде, чем эти двое после короткой заминки, умудрились восстановить контакт, то Верас была бы сейчас безраздельно в его власти. Но нет же, надо было поддаться любопытству и посмотреть, чем все кончится. А когда опомнился — то стало слишком поздно для вмешательства.
