- Возьми сорок,- сказал Арканя, подтолкнув коленкой Пикалова под верстаком, чтобы тот не начал торговаться и не портил бы картину. Любил Арканя, по-городски легко относившийся к деньгам, озадачить медленно зарабатывающего и медленно тратящего деньги деревенского человека. Лихость эта Аркане обходилась недорого. Вот и теперь - в лучшем случае пятерку можно было выторговать, не больше. Цена и без того оказывалась бросовая,сотню Арканя приготовил на собаку! Своих он не держал с тех пор, как переехал из собственного дома в кварти-ру (ванна, газ, огород от комбината ежегодно нарезали под картошку), так что заранее готов был платить за собаку сколько спросят. Дымка эта самая бывала в тайге, вернулась оттуда живая,- значит, понимает, в охоте. Отщипнул Арканя четыре красненькие, портмоне - в карман, деньги - на верстак.
- Вот только сукотная она. Потому и прошу мало,- медленно продолжал пасечник, не обра-щая внимания на деньги.- Будь она пустая, например, меньше чем за восемьдесят не отдал бы.
- О, паря, чё делатца! - сказал Пикалов.
Замолк и Арканя, прикидывая. Сукотная, оказывается, Дымка...
- И с брюхом работать будет, она старательная. Ощенится, день-два полежит, не шевели ее. Потом опять начнет ловить. Это уж такая собака, я тебе доложу. Она как человек, за кусок уж она отблагодарит.
Выбора не было, совсем никаких собак в это время по Шунгулешу не найдешь. Арканя тряхнул кудрями, подвинул пасечнику деньги и в знак согласия разбросил на троих вторую бутылку.
- Покупать с легким сердцем надо. Это правильно,- сказал Пикалов, беря стакан.
Пасечник закурил, а пачку "Беломора" положил на деньги.
- Куда собираисся?
- Да вот на Нерку наметился. Не знаю, что будет. Есть там соболя, нет ли.- Слова Арканя растягивал по-здешнему. У него была такая привычка подстраиваться под разговор, рассужде-ние, интонацию. Он ценил это умение в себе и других, как признак ловкого и сильного человека, который берет свое вежливо и обходительно, а не прет грубо, как бульдозер.
- В раскольницкое зимовье,- кашлянув, подсказал Пикалов.
- Говорят, есть на Фартовом ручье избушка. Не знаю, худая, не знаю, целая еще?
- Хорошо на Нерке,- вздохнул пасечник.- Бывал. Надо на геологический барак рассчитывать. Ночевал я в нем.
- Слышал я про этот барак. Да не сильно верю, казенку строят. Вот если балашовские избушки целы...
- Сгнить уж должны. Я-то в них когда еще зимовал, парнем был молодым. Тебе надо на геологический барак держать. Все же там партия стояла. Орлов еще зимовал у них, когда они хозяйство оставляли там. А балашовским избушкам - им сто лет в субботу. Разговоры от них одни остались.
- Ты мне вот лучше скажи,- повернул разговор Арканя.- Если от Предела, от хребта, значит, взять нашу сторону, то Фартовый - это будет направо, так? А который левый - это будет Малый Верблюд, а за ним Большой Верблюд? Так или нет?
- Если от Предела? - пасечник задумался.- Нет, не так. Значит, направо будет Большой Верблюд, потом Малый Верблюд. А Фартовый упадет налево. Вот как получается. Верблюды пойдут направо, а Фартовый - налево.
- Ну как же так? - удивился Арканя, хорошо знавший карту и начавший всю эту географию, чтобы поближе подвести пасечника к разговору.
- Да уж так! И перетакивать тебе не приходится, если я там с Колей Макандиным зиму зимовал.
- Дак ты не обижайся, а давай разберемся.
- Об чем речь, я без обиды.
- Он без обиды, Арканя, ты это не смотри. Вот по стакашу мы сейчас придавим, и все путя нам откроются. Скрозъ пойдем!
- Значит, налево будет Фартовый, направо - Верблюды пойдут?
- Кто прав?
- Обои правы,- засмеялся Арканя,- ты же против меня сидишь. Это у тебя какая рука? Левая?
- Левая.
- А у меня - правая.
- Во, паря, мужики! Во, деревня бестолковая! - засмеялся пасечник.
Засмеялся и Арканя. Пикалов суетливо заглядывал то одному в глаза, то другому, весело ему было с хорошим разговором.
- В общем, значит, не держать особую надежду на балашовские избушки? Твой такой совет?
- Да ведь что я тебе скажу. Сколько лет я там не был! Пойти-то бы пошел - помню хорошо. А сказать - что скажу? Вот Ухалов, Петр Панфилович, тот везде бывал, и там был. Вот с кем поговорить! Только он тебе тайгу не откроет, камень. Заготавливали они прошлый год там северного оленя. Пятнадцать голов с Мишей Ельменовым забили и вывезли. Вот тебе и дело с концами. А что остальным охотникам ни одной лицензии не досталось - это их не касается. И моё - моё, и твоё - моё! Понял? На вертолете залетали. Промхоз платил. На вертолете - не на ногах, куда хочешь можно залететь, хоть к черту на рога.
- Обыкновенно, средство транспорта. В других промхозах вертолеты небось нанимают, бригады забрасывать.- Арканя засмеялся.
- Средствие, говоришь? Для Ухалова средствие, а для меня, значит, не средствие? Я от этого без ног оставайся? Справедливо получается?
