«Протоколом тт. Беленького, Иванычева и Габалина, — писал В. И. Ленин, — установлено, что по распоряжению заведующего санаторием т. Вевера срублена 14 июня 1920 г. в парке санатория совершенно здоровая ель.
За допущение такой порчи советского имущества предписываю подвергнуть т. Вевера, заведующего санаторием при советском имении Горки, аресту на 1 месяц.
Приговор привести в исполнение Подольскому уездному исполкому, причем
(1) если будет обнаружено, что т. Вевер взысканиям раньше не подвергался, то по истечении недели ареста освободить его условно с предупреждением, что в случае нового допущения неправильной рубки парка, аллей, леса или иной порчи советского имущества он будет не только подвергнут, сверх нового наказания, аресту на 3 недели, но и удален с занимаемой должности.
(2) Срок для приведения приговора в исполнение определить Уисполкому — по соглашению с Уземотделом или правлением Совхозов так, чтобы сельские работы и хозяйство ни малейшего ущерба не потерпели.
Поручаю т. Беленькому объявить это постановление т. Веверу и его помощникам, взяв с них подписку, что им это объявлено и сообщено, что следующее подобное нарушение повлечет наказание всех служащих и рабочих, а не только заведующего…
14.VI.1920»[8].
Мы процитировали столь подробно один из ленинских документов, чтобы еще раз подчеркнуть: никогда не было у Ильича «мелочей» и «частностей» в отношении к природе. Все он считал значимым и важным: укрепить цепями старый дуб, чтобы его не свалило ветром, охрану рыбы в Азовском море, очистку от мусора лесосек, издание декретов об охоте и памятниках природы, о курортных местностях и заповедниках…
С особой силой подчеркивал В. И. Ленин, что
«заместить силы природы человеческим трудом, вообще говоря, так же невозможно, как нельзя заместить аршины пудами. И в индустрии и в земледелии человек может только пользоваться действием сил природы, если он познал их действие, и
Придавая исключительно важное значение Ильменским горам Совет Народных Комиссаров еще в первые годы Советской власти объявил отдельные участки этих гор в районе Миасса Государственным минералогическим заповедником, счел его национальным достоянием, предназначенным для решения научных и научно-технических задач страны.
Минули годы, но не остались равнодушными к людям наши замечательные Ильмены. Не поблекли их чудесные краски, не потускнели самоцветы. И надо сделать все для того, чтобы сохранить на веки неприкосновенной заповедную землю, носящую имя Владимира Ильича.
В экспедиции, о которой пойдет речь, мне как-то довелось беседовать с профессором А. И. Обориным. Вечером мы долго шли молча по степи. Полевая дорога извилисто темнела в белесом движении ковылей и уводила к лиловому горизонту, расцвеченному багрянцем только что зашедшего солнца. В неоглядной дали сумеречно лохматились редкие березовые колки; волнистый холм, за который убегала дорога, напоминал громадную птицу на ночлеге. После утомительного жаркого дня в степи было прохладно и тихо. Шагалось легко.
Первым нарушил молчание Антон Иванович.
— Отдыхаю в степи…
