– Тигры не смогут привезти мебель и бытовые приборы сами, – запротестовал Шамтар.
– Ну, это уже в последнюю очередь, – страстно глядя на жену сказал Танр, а Хариса, вдруг обратила внимание на мысли Шамтара, хотя они её совершенно не волновали, но он очень хотел, чтоб она удалилась. Что ж, пусть поговорит с другом спокойно, она высвободилась из цепких объятий мужа и пошла к озеру.
– Танр, Илма совсем плоха, она измотала себя, ничего не хочет слушать, ничем не интересуется, плохо ест. Кари и близнецы, кажется, все поняли и спокойно принимают твое отсутствие, занимаются своими обычными делами. А с ней беда.
– В этом нет ничего удивительного. Шамтар, пока я здесь уединяюсь с Харисой, мои способности раскрываются очень быстро, я теперь могу читать мысли людей и даже на большом расстоянии при желании. Могущество Харисы просто поразительно, посмотри на меня, я работаю от зари и до зари, провожу каждую ночь с ней и совершенно не устаю! Я подумаю, как помочь Илме, но позже, пока я слишком сосредоточен на более приятных вещах. Понимаешь, если её душа хочет пострадать то, скорее всего, из вне мы ничем не сможем ей помочь, пока она не научится принимать свою судьбу, как, собственно, и саму себя.
– Ты считаешь, что она не принимает себя? Как это?
– Да, ты тоже Шамтар, не до конца принимаешь себя, думаешь, я не заметил как тебя перекосило, когда ты увидел нас в таком виде, я специально её так обнял, чтоб напрячь в тебе то, что ты так и не принял в себе. За это время здесь, я приобрел один из самых ценных опытов, принимать себя тотально, со всеми своими желаниями и даже нежеланиями, все закоулки моей души раскрылись, ушёл стыд, ушёл страх и много чего ещё. Я оставил только любовь и полное принятие себя и её, я обрел способность полного растворения в женщине и в природе. Я наконец-то понял, чего хотели от меня жрецы.
– Я не совсем понимаю тебя, Танр, но мне очень нравится, что ты сейчас сказал. Действительно мне неприятно видеть твою и особенно её наготу, а что это значит, объясни проще! – взывал наставник.
– Просто ты не принял свою мужскую природу и это ограничивает тебя, прежде всего это ограничивает эволюцию твоей души. Присмотрись внимательнее к своему чувству, тебе не приятно видеть её наготу или ты боишься, что тебя понесёт?
– Похоже, первое вытекает из второго.
– Во-от, получается, что ты не смог до конца насладиться своей мужской природой, что-то ты не доделал в этой области, полагаю стремление к твоим мудрым сединам, в какой-то момент, сильно отвлекли тебя от женщины, и ты посчитал, что твоя деятельность важнее внимания к ней. А сейчас, когда уже поздно, твое тело и ум реагируют на наготу, осталась некая неудовлетворенность. Лично меня в Харисе теперь возбуждает не её обнаженное тело, а глубокое чувство и отношения с ней, тело это лишь поверхность отношений, беда людей в их поверхностном взгляде на любовь.
– Я никогда не думал об этом, а это очень плохо?
– Ничего плохого, просто не принимая это во внимание, люди сильно ограничивают свой творческий потенциал и эволюцию своей души. Скоро я вернусь к своим обязанностям перед моим народом, и постепенно все дарейцы начнут задумываться над подобными вещами. Это медленный процесс, ты не беспокойся, мы постепенно его будем выстраивать.
– Ты что заставишь дарейцев ходить голыми? – в ужасе спросил Шамтар.
– Ну что ты, к чему такие крайности, мы же с Харисой, пусть плохо, но, всё-таки, одеты, – засмеялся король, – хотя не могу не признать, одежда кое в чём, сильно мешает, – он решил добавить к глубокой философии немного перца.
– Ты меня так не пугай, – выдохнул Шамтар.
– Когда я закончу строительство, пусть первыми приедут дети, и Илме тоже предложи, она должна понять, что я не намерен её игнорировать, пусть сделает выбор сама.
Строительство шло к концу, терем получился величественным и необычным благодаря искусной резьбе, узоры которой Танр позаимствовал у каменных храмов. Просторные залы на первом этаже и множество более мелких комнат на втором и третьем этажах особенно впечатлили Харису:
– Зачем так много комнат, – спрашивала она.
– Ну, во-первых, потому, что терем твой, а во-вторых, потому, что он королевский, а в-третьих, каждая комната предназначена для определенных занятий. Смотри – это мастерские, здесь ткацкий станок, здесь гончарный, здесь швейная мастерская, здесь типография, а эти свободные комнаты для наших гостей. Понимаешь, в Дарейе большие расстояния между теремами, поэтому гости будут оставаться на время, я собираюсь вести большую просветительскую деятельность. Люди будут приезжать к нам, задавать свои вопросы, несколько наставников приедут для составления книг, которые я задумал. А весь третий этаж – это твои апартаменты, можешь обустраивать их как тебе вздумается.
– Выходит этот дом не только для меня и тебя, а для всех дарейцев?
