После того как моя записка оказалась в ее нежных руках, я тут же скрылся с её добрых и светлых глаз. Затем, выждав время, собравшись с мыслями, я вновь вернулся к ней. Сердце билось дико. Она поблагодарила меня и, к моему удивлению, попросила разрешения написать под это стихотворение песню. Я был не готов к такому развитию событий и, безусловно, не отказал ей в этом.
Спустя несколько часов я сочинил еще одно стихотворение. Строки писались сами, мою душу наполняла энергия. Как только я собрался отдать ей вторую записку, она опередила меня и сама ко мне подошла, а точнее, подсела за столик. И уже наедине, смотря в её зеленые глаза, я подарил ей второе стихотворение:
В ответ она предложила нарисовать мой портрет. Я вновь был обескуражен и просто не смог отказаться от столь лестного предложения. Она рисовала и одновременно рассказывала про мой характер, исходя из черт лица. Она будто бы околдовала меня, как чародейка, как принцесса, как богиня. Портрет был готов через полчаса. За это время я много чего о себе узнал и разглядел её необычную красоту. Она была подобна алому рассвету, золотому закату, очаровывала и манила, таила в себе все прелести природы и божества. Я просто наслаждался её присутствием, её теплотой, её светом. Крайне редко мне доводилось встретить столь пленительное создание.
Когда она вырывала лист с портретом, на обратной стороне листа открылись ранее написанные ей строки. Она сказала: „Что ж, значит, они должны достаться тебе“. Стихи были вот какие:
Ты, раскрывая души стену,
Смотри, где тьма и где ответы.
Ребенок, власть сию прими,
Отпуская зов забытых слов любви.
Моряк-отец в рассеянных туманах потерян,
Молись не скалам, а сердцу своему.
Ответ – живи в любви.
Она подарила мне чувства, которые душа моя давно забыла. Мы писали друг другу стихи, она просила попробовать написать стихотворение не из воспоминаний, а при непосредственной близости, я же не смел, просто не имел сил отказать и написал его:
