Иными словами, Даниэль выглядел как самый настоящий мальчик. Не было в нем идеальности синтетических людей, не было превосходства «лучшей расы», а в ловких и быстрых движениях сквозила даже какая-то стеснительность.
Оставалось только удивляться совершенству технологии. Робот, в точности похожий на мальчика, до мелких царапин и навязчивой привычки теребить нижнюю губу.
Вещь, сделанная с любовью.
Эмма усмехнулась этой мысли и вздохнула.
Даниэль то и дело с опаской поглядывал на Ника, словно бы в чем-то сомневался. Словно ему не хватало уверенности в том, что его примут, не прогонят и не назовут «поганой железякой». Эмму Даниэль сразу признал за свою и время от времени придвигался к ней, как будто ища защиты.
– Хорошее везение, – коротко ответил ему Ник.
Воин действительно выглядел серьезным и кидал на мальчика-робота подозрительные и внимательные взгляды. Ник бы начеку, Эмма это видела. Она и сама старалась не расслабляться, но новому знакомому доверяла. Может, потому что видела его однажды. А может, благодаря знакомству робота с Таис и Федором. Даниэль казался крошечной связью с друзьями. Он видел их, знал, что с ними произошло, и потому казался своим.
Модуль между тем уверенно ломился по влажным лесным зарослям, и лес покорно расступался перед ним.
– Вот сейчас будут глюченые, – вдруг сказал Даниэль. – Мы приближаемся к их полосе. Они всегда двигаются параллельными линиями.
– Почему? – тут же спросил Ник.
– Так глюченые, что с них взять? Они не подчиняются никакой логике. У них какие-то свои взгляды на жизнь, – весело ответил Даниэль, мотнул головой, убирая надоедливые волосы с лица, и оживленно посмотрел на Эмму.
– А ты уверен, что нельзя их обойти? – снова спросил Ник.
– Нет. Их параллельная пересекает весь остров. Другого пути нет.
Иминуя, сосредоточенная и серьезная, загружала новые программы в системное обеспечение катеров. Когда она работала, то молчала, полностью занятая своими операциями. Никакой пустой болтовни и лишних рассуждений. Этим она выгодно отличалась от кухонных роботов.
– Ну зато она мало говорит, – пробормотала Таис, наблюдая за рабочим процессом. – Не надо останавливать словесный понос. И кто придумал болтливых роботов?
– Люди, – лаконично ответил Федька, отсоединил свой планшет от системы крейсера, выключил и сунул в рюкзак. – Собери оружие.
– Появилась связь с крейсером «Нелегальный», – доложила Иминуя. – У них блокированы системы, они могут вас слышать, но ответить не могут.
– Значит, вирус и у них, – тут же заметил Федор. – Но они там у себя в безопасности, у них нет роботов. Чипов у них тоже нет, вряд ли они позволят каким-то чипам попасть в плазму.
– И что? – уточнила Таис.
– Значит, надо помочь им. Надо сначала попасть на «Нелегальный».
– Можно, – вмешалась в разговор Иминуя. – Если только не принципиальна война роботов, которая идет сейчас на станции. Если люди на крейсере «Нелегальный» имеют приоритет, тогда можете лететь к ним. Вы планируете перезапустить систему «Нелегального»?
– Я планирую кое-что… – пробормотал Федька и озадаченно почесал подбородок. Светлая редкая щетина его топорщилась мягкими колючками, немного отросшие волосы лезли в глаза и закрывали брови.
Зато шрам у виска, свежий и розоватый, виднелся хорошо и придавал облику Федора какую-то разухабистость, что ли. Будто он, Федор, был космическим пиратом, бандитом, умеющим находить выход из любой ситуации.
– Наверное, нам, Тай, надо сначала на станцию. Мы передадим Григорию, что сумели восстановить свой крейсер и знаем, как найти выход. Иминуя, передай им эту информацию. Катера готовы?
– Целиком и полностью. Готовы и заправлены, – тут же ответила Иминуя. – Информация уже передается. Она поступит к ним через письменные знаки. Люди, находящиеся на крейсере «Нелегальный», умеют пользоваться письменными знаками вашего всеобщего языка?
– Конечно, балда, – тут же съязвила Таис.
– Тогда они получат нужную информацию. Что делать в ваше отсутствие?
– Беречь крейсер. Сдашь «Фрика» в целости и сохранности, ясно? И сама тоже должна уцелеть. Никого, кроме нас, сюда не пускать.
– Как мы попадем на Третью станцию? Она ведь заглючила, нас могут не пустить, – озадачилась Таис и с надеждой глянула на Федьку. Тот всегда умел что-то придумать.
– Пробьемся. Это ж обычные станционные шлюзы, у них есть выход наружу. Панели такие, на аварийный случай.
– Хочешь сказать, что любой может забраться на станцию, используя внешние панели? – с некоторой долей недоверия усмехнулась Таис.
– Не любой, а тот, кто в этом разбирается. Учила техническую часть станций в школе?
– Так это давно было. Что-то учила, что-то не успела.
– А я успел. Это тебе и Эмка рассказала бы, это все учили у нас. У любой орбитальной станции есть множество мест, через которые можно попасть внутрь и выйти наружу. Станция так устроена, чтобы в случае аварий или сбоев люди могли покинуть ее или, наоборот, попасть внутрь.
– Значит, ты уверен?
– На все сто.
– Как это было с чипами многоножек?
