«Я кину тебе нужные программы, сделаешь из них цепочку, и пусть будет у тебя на планшете» – еще одно сообщение. Отлично, как скажет. Тут же появился целый ряд файлов, которые Таис связывала между собой. Работа знакомая и надоевшая. Настолько знакомая, что пальцы сами по себе летали над виртуальной клавиатурой, заново создавая программную систему.
Когда почти все было готово и последние знаки выстраивались в окончания программ, появился злой до стального блеска в глазах Питер. Он буквально влетел в рубку и тут же с потолка свесился десяток его мелких, похожих на стальных жуков роботов. Одна из тварей уселась на планшет Таис, поскребла по нему крошечными лапками и застыла, ожидая распоряжений.
– Что там происходит у них наверху! – заорал Питер.
Его потемневшие глаза как будто налились жидким блестящим металлом, и теперь в них не светилось ни одной умной мысли, только злость, поднимающаяся белыми искрами. Мальчик-паук буквально стрелял глазами, если можно было так сказать.
Таис вздрогнула и почувствовала, как похолодели пальцы. Вот теперь им достанется!
Федор даже не повернулся. Спокойно заверил, что пытается обойти те блокировки, что идут сверху.
– Они остановили мои цеха! – продолжал орать Питер.
– Запустим, – последовал невозмутимый ответ Федора.
– Почему ты уверен?
– Сейчас увидишь…
Многоножка на планшете Таис нервно задвигалась.
– Что там у девчонки? У нее чужеродные программы! Я их вижу!
– Здесь кругом вирусные программы, если ты не заметил. Надо восстановить систему, иначе о какой слаженной работе трех уровней может идти речь, если здесь даже жизнеобеспечение работает с перебоями! – Федор наконец поднял глаза, слегка улыбнулся. – И потому мы сделаем вот что. Грузи, Таис! Кнопка Enter.
Таис уловила в его голосе нотку удовлетворения и усталости, ту самую нотку, которая свидетельствовала о том, что все у друга получилось. И улыбнулась. Слабая улыбка, но ее уловил Питер и рванулся с воплем, пытаясь сбить Таис с ног.
И ему это удалось, но было уже поздно. Слабое касание пальцем нужной кнопки, легкое, как брызги морской воды. И, заваливаясь на бок, Таис уже не сдерживала истерического смеха.
Федор тоже улыбнулся.
– Получи, – довольно сказал он, поморщился, потер раненое плечо и заговорил, глядя замершему Питеру прямо в глаза: – Ты зря пустил меня за пульт, железяка. Я – твой личный вирус. Именно я. Мои пальцы, мои глаза, мои мозги – это те файлы, что взорвут твой мозг. Никто еще на этой милой планетке не обошел мои программки. И никто не обойдет. В этом отличие людей от роботов, слышишь?
Федор поднялся, всмотрелся в экраны, на которых с бешеной скоростью мелькали знаки и какие-то странные рисунки, снова повернулся к Питеру и добавил:
– Я могу тебя отформатировать, а ты меня нет. Уловил мою мысль? Вот в чем дело, железяка! Не судьба тебе, Питер, управлять людьми. Но станцию мы сделаем неуязвимой. Таис, еще полно работы. Питер придет в себя, как только нужные проги встанут на место. Он будет нам помогать. Но работы еще много, потому пусть нам притащат еще кофе, и покрепче. Спать нам еще долго не придется.
Спать им действительно долго не пришлось. Поменять все программное обеспечение трехуровневой станции – это вам не рыбу ловить на лодочке. Правда, им помогал Питер.
Он пришел в себя буквально через час. Заморгал, уселся, вытянув лапы, пощелкал суставами, поднял голову и посмотрел на Таис. У него на лице появилось такое озадаченное выражение, что захотелось погладить его по голове. Ни дать ни взять – маленький мальчик, потерявшийся в больших коридорах станции.
– На нас напали? – наконец поинтересовался он.
– Атака, – сухо ответил ему Федор, не поворачивая головы. – Придется почистить систему. Нужна твоя помощь. Как придешь в себя, подключайся, ты поймешь что к чему. Ты же всегда желал развиваться, правильно? Вот мы сейчас делаем тебя суперразвитой машиной.
Питер нахмурился, поднялся и попробовал включиться в работу. С его помощью дело двинулось быстрее.
Сам он тоже неуловимо изменился. Пропала болтливость и наглость, он стал старательным и серьезным. И страшно услужливым. Едва Таис попросила пить, как Питер щелкнул суставами, и тут же принеслись металлические жуки, они прикатили столик со стаканчиками сока. Появилось печенье и чипсы, и Федька тут же запустил руку в пластиковую миску с угощением.
Видимо, Федькины программы заметно почистили мозг Питера. А может, заодно и упростили его. Интересно, он помнит о высших? Можно было бы расспросить прямо сейчас, но это отвлечет Федьку. Поэтому лучше молчать. Молчать и работать.
– Наладил связь с верхним уровнем. Попробуем узнать, кто там. Я пользовался частично и их наработками, – доложил Федор.
Питер тут же создал голограмму. Засияли голубовато-белые всполохи, и появились лица детей. Какие-то девчонки, одна коротко подстрижена, другая – темноволосая и темноглазая, неуловимо знакомая, как личная флешка, завалявшаяся в кармане.
– Таис! – заорала темноволосая и весело заулыбалась.
– Ты кто? – Таис нахмурилась.
