Профессор А.И. Журавлёв в своей новой книге рассказывает о своей долгой жизни (в этом году автору исполнилось 90 лет), о радостях, взлетах, научных открытиях и о тех метаморфозах, что происходят с человеком после постановки ему смертельного диагноза. Не теряя силы духа, он поделится с читателями рассказами обо всем, что происходило с ним в годы учебы и работы, часть из которых была отдана науке и… творчеству.А.И. Журавлёв – автор книг «Сверхслабое свечение сыворотки крови и его значение в комплексной диагностике» (в соавторстве, 1975), «Ультразвуковое свечение» (в соавторстве, 1977), «Квантовая биофизика животных и человека» (2003), «Антиоксиданты» (в соавторстве, 2008), «Кто мы, русские и когда мы возникли?» (2014), «Юмор в науке, в истории и в жизни» (2015), «Путешествие по жизни в науке из века ХХ в век XXI» (2017), «Смертный приговор с отсрочкой исполнения» (2019).
Утром 16 февраля 2019 года начался роковой день. Наступил очередной день уплаты квартплаты и получения пенсии. За тем и отправились мы с супругой в «Сбербанк». Идти – всего одну остановку на автобусе.
Заплатил я по всем счетам: за квартиру с газом и ремонтом, за электричество, воду и телефон. Затем со сберегательной книжки снял свою ежемесячную пенсию 25 тысяч руб. очень небрежно пакет с паспортом, сберкнижной и полученной пенсией сунул в пакет, а пакет – в свою незакрывающуюся на замок хозяйственную сумку. При этом успел заметить, что в паспорт у меня вложены не одна, а две сберкнижки: пенсионная на 150 тысяч и зачем-то вторая – на 400 тысяч руб.
И вот мы пошли с супругой домой пушком, ехать обратно на автобусе было неудобно…
Переходя большую лужу, я почувствовал легкий толчок сзади и голос: «Я вам помогаю!» но пройдя еще шагов пятнадцать, я вдруг почувствовал необъяснимую тревогу. После чего остановился и заглянул в свою сумку. Увы, пакета там не было, не было паспорта, двух сберкнижек, карточки и моей пенсии в 25 тысяч. Оглянулся – вокруг никого, а рядом будка и на ней – камера наблюдения. Моя супруга Тоня сразу же потребовала идти обратно и блокировать банковскую карточку.
От неожиданности и тревоги меня хватил удар, – я сразу потерял и паспорт, и сберегательные книжки на сумму в 550 тысяч рублей. Я еле устоял на ногах.
Наконец мы вернулись к той же сотруднице, и она после долгих соединений со своим центром сообщила, что мою карточку и мой счет удалось заблокировать. Мы облегченно вздохнули и пошли домой.
Я был растерян, потерян, ноги еле шли… Больше всего меня убивало то, что нужно будет бегать по инстанциям, писать заявления о восстановлении паспорта и других документов. Ну, конечно, и возможная потеря кругленькой суммы не вдохновляла.
Дома я сразу же позвонил в милицию. Тоня, видя мое состояние, пыталась меня утешит, успокоить.
Всего через полчаса к нам приехали двое дежурных по району милиционера и предложили мне ехать в отделение милиции для показаний.
Отделение милиции оказалось расположено совсем рядом, в новом трехэтажном здании. Меня пригласила в кабинет, находившийся на третьем этаже, девушка, старший лейтенант. С трудом и короткими передышками я взобрался наверх.
Опрос продолжался более часа. Причем подробно, со всеми маломальскими мелочами. Я так устал, так вымотался, что просил отвезти меня домой. Меня действительно отвезли обратно и даже под руки довели до двери квартиры.
Даже на следующий день я не мог сосредоточиться, все лежал, не мог отойти от такого жестокого удара. Но на другой день приехал симпатичный мужчина, который оказался уполномоченным Уголовного розыска. Он снова очень подробно меня допросил, вес записал. После чего показал мне запись видеонаблюдения, где мы с Тоней, а в какой-то момент за нашими спинами убегают несколько парней. «Мы их найдем», – уверенно сказал наш гость из Угро. Благодаря этому визиту и таким словам стало намного легче.
Часа через два снизу к нам в дверь позвонила некая гражданка, она поднялась и сказала: «Это ваше? Я вот тут нашла!» И подала наш пакет, в котором были… паспорт и две сберкнижки. Не хватало только пенсии и банковской карточки. Ну и черт с ними, – сразу решил я. Ведь нельзя даже описать то чувство радости, которое меня охватило. Это было чувство спасения, удачи, облегчения.
Моя Тоня сразу пригласила незнакомцу зайти в квартиру, но та сказала, что у нее в коляске ребенок и быстро исчезла в лифте.
Ну просто растворилась как сказочное видение…
Но даже радость не придала мне силы, я вновь почувствовал потрясение. Странно. От таких потрясений я чувствовал только общее ослабление.
На следующий день мы с Тоней пошли по привычному маршруту погулять – в лесопарк; обычно мы гуляем по два километра. Я еле шел, однако решил не останавливаться и пройти маршрут, как всегда. В этом была наша давняя с супругой традиция. Ноги еле двигались, но я «героически» шел вперед, пока мы не достигли «нашей» скамеечки. И вот тут ноги мне полностью отказали, – я упал на спину. Хорошо, что на снег, а не на голую землю. О чем я успел подумать? – что лежу как рыбка на травке и тяжело, с придыханием, дышу. И чувствую при этом, что ног у меня нет. Совсем…
И все это происходит снами в лесу. И такси в эту часть леса не заезжают. На все дорожки для прогулок на въезде вбиты трубы – не проедешь. До дома – два километра. И печальные мысли, что лезут в голову… Слава Богу, моя Тоня рядом.
Она с проходивший мимо женщиной затащила меня с земли на скамейку.
