После отъезда Александра (уезжая, он бросил в новый пруд бутылку с посланием на нескольких иностранных языках) Евгения Яковлевна на три дня удалилась в Давыдов монастырь на богомолье. Лишь самые близкие Антону люди, каковым был старший брат, могли понять, что причины его раздраженности — в нездоровье, в перегруженности работой, в одиночестве и что отнюдь не преднамеренно иной раз он срывается на матери или сестре.
За лето девяносто третьего года Антон не написал практически ни строчки. Распространившийся было слух о том, что у него в работе пьеса «из сибирской жизни», он решительно отверг. Его писательская репутация поддерживалась лишь старыми работами. Прочитав напечатанный в мартовском номере «Русской мысли» «Рассказ неизвестного человека», мало кто из читателей догадался, что он был написан пять лет назад и отложен по цензурным соображениям. Его героя, революционера, в качестве лакея посылают шпионить за сыном министра, однако он изменяет делу и уезжает с любовницей своего поднадзорного за границу, где она рожает и кончает с собой, принимая яд (лишь три героини умирают у Чехова в прозе его зрелого периода; одна из них — от чахотки). Вернувшись в Россию, герой передает в руки сопернику его маленькую дочь. Это — единственный чеховский рассказ, героями которого являются аристократы и революционеры, а местом действия — Петербург. Окружающий Антона мир полнее отразился в рассказе «Володя большой и Володя маленький», а образ его несчастной героини должен был подсказать Лике Мизиновой, что для Антона она скорее подсобный материал, чем муза. Еще не раз она узнает себя в чеховских героинях и будто в зеркале увидит в них свою судьбу.
Книги, прочитанные Антоном в 1893 году, оказались для него не менее важными, чем собственные сочинения. В тот год в России особой популярностью пользовался роман Э. Золя «Доктор Паскаль» — он был одновременно выпущен четырьмя издательствами. Его герой, пекущийся о благе человечества, противопоставляет проповедуемые им идеи гуманизма христианской благочестивости, носителем которой является его племянница Клотильда. Это не мешает, однако, доктору Паскалю сделать Клотильду своей любовницей. После этой книги мелиховская жизнь Антона, осеняемая добродетельной Машей, людям посторонним могла показаться идеализированной версией французского романа. Неудивительно, что Антон оживленно обсуждал его в письмах к Суворину — после того как прерванная было связь между ними восстановилась. Между тем в Мелихове произошло «радостное» событие: 9 июля в сельской церкви Ваня обручился с Софьей Андреевой. Шесть недель спустя Антон жаловался Суворину, что с Ваней, его молодой женой и флейтистом Иваненко в доме стало очень тесно. Лишь раз за все это время Антона посетило вдохновение, и то, по его признанию, после слишком плотного ужина; ночью ему приснился черный монах — он станет героем нового рассказа. В нем же отразится и мелиховский цветущий сад, который работники пытались спасти от заморозков. Тема беспросветного изнурительного груда, приводящего к умопомешательству и чахотке, намекает на то, что Чехову иногда являлся дух Всеволода Гаршина. Окончательное завершение сюжет приобрел после появления в нем музыкальной темы.
Музыка в мелиховском доме зазвучала с приездом Игнатия Потапенко, который оказался там с легкой руки Суворина. К маю тот перебрался в Париж и пытался развлечь себя визитами в «Мулен Руж», к докторам психиатрической больницы Сальпетриер и в ювелирные лавки. В июне он встретил там Потапенко, и в его дневниковой записи от 7-го числа засквозило оживление: «Вернувшись в отель, нашел письмо от Потапенки, где он просит у меня 300–400 руб. Сегодня я дал ему 300. <…> Мария Андреевна
Потапенко, прихватив с собой Сергеенко, заявился в Мелихово без приглашения 1 августа. Антон чуть не взвыл: он помнил свою первую встречу с ним в 1889 году и то, как наградил его прозвищем «бог скуки». Однако на этот раз удручающую тоску у Антона вызвал Петр Сергеенко со своими настойчивыми приглашениями совершить паломничество ко Льву Толстому. Антон как мог сопротивлялся и даже не раз скрывался от Сергеенко, узнав, что он уже условился о встрече с писателем. К Толстому Чехов хотел попасть без сопровождающих.
