А в Миннесоте Раиса Максимовна побыла в семье учителя и медсестры. Из ее записной книжки: «Средняя американская семья. Четверо детей. Дом свой — в кредит на 20 лет. Доходы требуют жить экономно: мясо покупают редко — дорого, берут бройлеров, овощи, молоко. Отпуск обычно проводят дома: занимаются ремонтом машины, разной домашней утвари. Детей водят в сад на неполную неделю — дорого. Настроение хорошее. Американцы, как правило, на судьбу не жалуются — свободный человек должен сам искать выход из любой ситуации».
В Сан-Франциско знакомство с Америкой было продолжено через непосредственные контакты с жителями города на улицах, в трамвае, в кафе и закончилось встречей с представителями общества «Друзей Раисы Горбачевой». Тогда и было решено выделять ежегодно две стипендии для обучения молодых женщин из России в Стэнфордском университете.
Мне подарили на память подкову, поскольку я отличился в блиц-соревновании. Когда все закончилось, Джордж пригласил меня на минуту в кабинет и показал там мой «сувенир», который я «подарил» ему на Мальте, — карту с американскими базами, составленную нашей разведкой специально для передачи. В шутку и всерьез сказал мне: все указано правильно, неточности небольшие. Посмеялись. Я сказал:
— Вы о нас тоже знаете не хуже нашего.
После дня общения и продолжительных переговоров по региональным проблемам Буш с легкой улыбкой, но как бы мимоходом сообщил мне, что принял все же решение подписать торговое соглашение. Не могу не сказать в этой связи: Президент Соединенных Штатов сделал тогда мужественный и принципиальный выбор — отдал предпочтение главному в мировой политике и не уступил конъюнктурным, преходящим соображениям.
Все это я по достоинству оценил. В тот момент дело было даже не столько в экономической стороне. Учитывая реальный уровень наших торговых обменов с США, мы не могли практически быстро воспользоваться преимуществами, которые давало соглашение. Главное заключалось в политическом значении этого акта на остром, переломном этапе в Советском Союзе. Это было начало перехода от словесной поддержки перестройки к реальным делам.
Региональные проблемы
Обстоятельно и подробно вчетвером — я, Буш, Шеварднадзе и Бейкер — проговорили все аспекты ближневосточного конфликта. Обнаружили точки соприкосновения в оценках причин периодического обострения ситуации и общей заторможенности урегулирования. При наличии оттенков в подходах, все же и у американской стороны в конце концов проявилось понимание того, что надо брать курс на созыв международной конференции и вместе действовать. Конечно, затрагивался вопрос о расселении иммигрантов из Советского Союза на оккупированных Израилем палестинских землях. Я вновь категорически выступил против подобной политики. Буш заявил, что и США против создания новых поселений за линией 1967 года, то есть на оккупированных Израилем территориях. Это было важное совпадение позиций.
Я сказал: либо в Израиле будет услышана наша совместная озабоченность и там сделают какие-то выводы, либо Советскому Союзу придется обдумать, не следует ли, например, на время отложить выдачу разрешений евреям на выезд из СССР, пока нет соответствующих заверений со стороны Израиля.
У Буша и Бейкера мои слова большого энтузиазма не вызвали, но они согласились, что Израилю следует знать о мнении президентов СССР и США по этому вопросу и действовать рассудительно.
Совершенно в иной, чем прежде, неконфронтационной, я бы сказал даже, «согласительной» тональности обсуждалась афганская проблема. Буш заявил, что США не намерены разыгрывать «афганскую карту» и «не заинтересованы в том, чтобы в Афганистане установился радикалистский режим, враждебный Советскому Союзу». Он изложил в общих чертах свое видение перспективы урегулирования ситуации, которое, надо сказать, в ряде пунктов перекликалось с нашими собственными соображениями. Сводилось оно примерно к следующему: организация и проведение свободных выборов под контролем ООН, формирование на переходный период до выборов коалиционного правительства на широкой основе. При этом Буш заверил меня, что после начала переходного периода США готовы будут прекратить военные поставки моджахедам и начать вывод военной техники и оружия, если Советский Союз и другие страны поступят так же.
Мой ответ был адекватным:
— Наши министры иностранных дел вместе с экспертами уже поработали над этими вопросами. Между нами существует, видимо, взаимопонимание относительно необходимости переходного периода с применением механизма организации и проведения свободных выборов, которые привели бы к формированию правительства на широкой основе. Мы признаем роль ООН в Афганистане в переходном периоде, а также в подготовке и проведении выборов.
