У странной тети Вали напрочь отсутствовала осторожность — она приглашала в свою квартиру совершенно незнакомого человека, а я ведь могла оказаться и воровкой, и убийцей! Но оглядев прихожую и кухню, куда тетя Валя меня проводила, я поняла, что грабителей женщине опасаться не нужно — у нее в квартире поживиться явно нечем. Ценностей у тети Вали не было, самое дорогое, что имелось на кухне, — это допотопный телевизор, стоящий на стареньком холодильнике. Даже микроволновой печи в помещении не оказалось, женщина пользовалась исключительно газовой плитой, на которой сейчас булькала кастрюля с чем-то ароматным.
Несмотря на вопиющую бедность, квартира была чистой и убранной, на табуретках лежали вязаные сидушки, на крючках над плитой висели прихватки, собственноручно сшитые хозяйкой квартиры.
Тетя Валя усадила меня за стол и спросила:
— Женя, ты чай или кофе будешь?
— Пожалуй, от кофе не откажусь, — улыбнулась я. — Так что случилось с Зинаидой Петровной?
— В больнице она, — вздохнула тетя Валя. — В реанимации, туда никого не пускают. Вчера вечером увезли, приступ у нее случился. Хорошо, что мы с ней общаемся, у меня даже запасные ключи от ее квартиры есть, на всякий случай. А у нее — запасные от моей, мы же обе немолодые уже, никого из родных нет… Вот, зашла я к соседке, хотела спросить у нее стакан сахара для пирожков — у меня закончился, только в сахарнице немного осталось, а в магазин не хотелось бежать. Звоню-звоню в квартиру, а дверь никто не открывает. Я подумала, вдруг случилось что, взяла запасные ключи, дверь открываю — а там она лежит, прямо около порога. Показалось, что она не дышит уже… Я быстрее скорую вызывать, хорошо, что врачи быстро приехали. Сказали, что если б я зашла в квартиру соседки на полчаса позже, спасти бы ее уже не удалось. Но и сейчас неизвестно, выкарабкается она или нет, никаких прогнозов врачи не дают, знакомых к ней не пускают… Эх, так вот мы с ней и помрем, одинокие, никому не нужные…
Тетя Валя вздохнула, налила мне в стакан кипятка и поставила тарелку с ароматно пахнущими пирожками.
— Постойте, но у Зинаиды Петровны ведь сын есть, Виктор! — воскликнула я. — Ему-то хоть сообщили о том, что мать в больнице?
— Ой, да какой он ей сын! — махнула рукой тетя Валя. — Он и не сын ей уже, мать, видимо, вычеркнул из жизни. Зина мне рассказывала эту историю, жалко, конечно, что так получилось… Но Виктор мог бы сделать шаг навстречу матери, все-таки она его родила, жизнь ему дала! Но дети — неблагодарные эгоисты, думают лишь о себе…
— Что между ними произошло? — поинтересовалась я. — Почему Зинаида Петровна не общается с сыном?
— Виктор никак не может простить матери то, что она заставляла его поступать так, как ему не хотелось, — пояснила моя собеседница. — Муж Зины, Иван, всю жизнь был рохлей и мямлей, Зина являлась главой семьи. Она настояла на том, чтобы сын Виктор пошел учиться на экономиста, хотя парень совсем не хотел поступать туда, куда она ему советовала. Виктор любил географию, он мечтал поступить на геологический факультет, но Зина заявила, что такого никогда не будет. Видишь ли, она считала, что все геологи — беспробудные пьяницы, живут круглый год в палатках и носки ставят к стенке… Переубедить мать было невозможно, Виктору пришлось подчиниться. Он выучился на экономиста, даже работать устроился, в общем, все, как мать велела, делал. А потом влюбился в Аньку. Привел ее в дом, а Зине Анька совсем не по нраву пришлась. Она заявила Виктору, что ему такая жена не подходит и что он себе и лучше найдет. Но впервые в жизни Виктор воспротивился воле матери — он сказал, что женится на Аньке, а если матери что-то не нравится, то и вовсе съедет. У них скандал был, муж Зины не смел вмешаться — он во всем соглашался с женой. Виктор ушел из дома. Потом Зина позвонила сыну, сказала, что раз он так хочет жениться на Аньке, пусть женится, только из дома не уходит. Виктор привел невесту, вскоре они поженились. Уж не знаю, что там за история произошла, но Анька выдержала жизнь со свекровью полгода. Потом настояла на том, чтобы они с Виктором уехали жить к ней. Уехать-то уехали, но Зина все пыталась контролировать сына, покоя ему не давала. Она буквально терроризировала его — внушала Виктору, что Аня его довела ее до болезни, жаловалась на плохое самочувствие… Видимо, жена Виктора все-таки не выдержала давления свекрови, через три года она ушла от мужа. Виктор заявил, что жить с матерью не будет, и оборвал с ней все контакты. Так он до сих пор и не появлялся — Зина ему звонила и писала, но он номер сменил. Напоследок сказал ей, что она ему всю жизнь испортила. Он даже на похороны отца не явился, потому что сообщить ему никто не мог. Муж Зины умер спустя три года после того, как Виктор ушел из дома. Зина осталась одна, только со мной и общалась, мы ведь подруги по несчастью. У меня тоже родных уже нет, муж умер, царствие ему небесное, а детей у нас не было. Вот мы с Зиной друг друга поддерживали. Если не выживет она, то совсем я одна останусь, никого у меня нет в этом мире…
