И пошла вперед, не переставая думать об этом.
Если бы Тропинка могла повернуть назад, она бы увидела, что там, откуда она начала свой путь, уже строится новая, широкая дорога.
Коза не раз оставляла сына Козлика одного, а сама уходила к приятельнице в гости. Козлик был очень послушным. Он шел на полянку, щипал траву и, насытившись, бежал домой.
Однажды Козлик увидел незнакомый куст (это была конопля, но он этого не знал) и съел все листья. Захотел после этого попрыгать, побегать, поплясать, а ноги почему-то не слушаются. Испугался Козлик, что до дома не дойдет, лег под общипанный куст и задрожал от страха.
Тут его Коза нашла. Догадалась, что сын конопли объелся, попробовала его рожками в чувство привести, а он только блеет:
– Мама, дай травки!
Сорвала она пучок осоки, а он от нее морду воротит:
– Хочу другой травки!
Видно, стал привыкать к конопле.
Коза с трудом подняла его, привела домой и с этого дня никогда не отходила от Козлика, была всегда рядом. Только когда на полянке вырос душистый клевер и Козленок, пощипав, сказал, что он ему очень понравился, мама успокоилась и стала отпускать сына гулять одного.
С тех пор Козлик все незнакомые кусты обходил стороной.
Осенний ветер сорвал Зернышко с пушистой головы Одуванчика и понес его по полям и по лугам.
– Как все красиво! – восторгалось Зернышко. Оно еще долго летало, потом приземлилось во дворе. Когда Зернышко подросло и превратилось в маленький Росточек, оно решило узнать, куда его занес ветер.
Выглянуло оно из-под земли и увидело вокруг себя красивые цветы с чудесными бутонами. Росли они на высокой клумбе, огороженной забором. Росточек осмелел и попросил самый большой и колючий цветок немножко подвинуться, чтобы он не загораживал ему солнышко, без теплых лучиков которого оно не сможет расти.
Цветок удивленно посмотрел на Росточек и уколол его:
– Как ты посмел тут оказаться! Здесь только красивые Розы живут.
Розы зашумели, замахали своими большими листьями. Страшно стало Росточку, и он воскликнул:
– Дайте мне немножко подрасти! Я тоже красивым стану!
Но его уже никто не слушал. Розы прихорашивались и судачили, кто из них лучше. Росточек загрустил, поник и зачах в красивых колючих зарослях.
– Так ему и надо! – злорадствовали Розы. – Он – Одуванчик, сорняк, ему тут не место!
– Ты моя единственная, – говорил Сучок, крепко прижимаясь к Дощечке, – ты самая красивая, я всегда буду тебя оберегать.
Дощечке было приятно слышать эти слова, они с Сучком были неразлучны.
Скоро их сделали Скамеечкой, и люди с удовольствием сидели на ней.
Скамеечка стояла в саду, под дождем, холодным ветром и жарким солнцем и незаметно состарилась. Она рассохлась, не ней появились трещинки. Сучок тоже усох, еле держался, но всегда старался подбадривать ее:
– Держись, милая! Скоро нас починят, заделают трещинки, покрасят, и ты будешь красивой, как прежде. Мы с тобой простоим еще много лет.
Время шло, Скамеечку никто не чинил, и она все больше и больше разрушалась.
Однажды дождь залил ее так, что Сучок не удержался и его смыло. Скамеечка расстроилась и после этого еле-еле держалась на ногах. На нее перестали садиться, боялись, что развалится.
«Был бы со мной Сучок – придумал бы, как спасти меня…» – думала она в одиночестве.
Старая продуктовая Тележка одиноко стояла в прихожей.
«Почему меня с собой Хозяйка не берет? – думала она. – Раньше мы с ней не спеша добредем до магазина, купим чего-нибудь и обратно домой идем…»
А Хозяйка тем временем поглядела на Тележку, вздохнула и опять пошла без нее.
«Если Тележку взять – в горку и по ступеням везти будет тяжело, – размышляла она. – Куплю-ка я маленький пакетик продуктов, а потом еще схожу».
Тележка поглядела на Хозяйку и решила:
«Я знаю, почему меня Хозяйка с собой не берет, – жалеет. Я в старости стала громко скрипеть».
Хлеборезка, отрезав кусочек хлеба, смотрела на Нож, который без устали резал все, что попадалось ему на пути. Целая гора овощей, яблок, сыра выросла перед ним в одночасье.
– Хватит тебе запасаться продуктами, – сказала ему Хлеборезка. – У тебя и так всего много, а лишнее может испортиться.
– Хочу еще больше, – ответил Нож, но продолжить не смог – заскрежетал и сломался.
– Вот до чего доводит жадность! – вздохнула Хлеборезка и занялась своим обычным делом.
Белоснежное Махровое Полотенце сорвалось с крючка, на котором висело. Упало и встретилось с Половой Тряпкой.
– Мы с тобой обе из хлопка, – сказала Тряпка. – Но ты бела, тобой лицо вытирают, а мною пол моют. Почему?
– Не печалься! – ответило Полотенце. – Мы же с тобой одно и то же дело делаем – хозяйке служим и наводим чистоту.
– Положим, это так, но ты всегда чистенькое, без единого пятнышка, о тебе заботятся, – а я дырявая, часто грязная, меня треплят, полоскают, выжимают… Скоро, наверно, выбросят, – грустно вздохнула Тряпка.
И, уже находясь там, где висело, Полотенце свысока взглянуло на Половую Тряпку и буркнуло:
– Видно, судьба у тебя такая.
