— Самый что ни на есть левый, — сказал директор, набивая трубку. Мне бросилось в глаза, что трубка как-то не шла к его внешности столичного хлыща с нездоровой, желтоватой кожей. Сейчас, приглядевшись к нему внимательней, я заметил, что он чем-то схож с Грэффемом. Повседневные житейские заботы не оставили на этом лице следа. Он раскрутил свою трубку; от нее распространился необыкновенно сильный, едкий запах. — Это черная махорка, — сказал он. — Единственный табак, еще не утративший своего аромата… Да, вы очень ловко с ним разделались.
— А чем он зарабатывает на жизнь?
— Вот это деловой, типично йоркширский вопрос. И вполне уместный. Он что-то преподает в Леддерсфорде. Необычайно красивое платье было сегодня на Норе Хаксли, верно?
— Да, она необычайно красивая женщина, — сказал я.
Он поглядел на меня не без лукавства.
— Она очень честолюбива, — сказал он. — Не думаю, чтобы она надолго задержалась на Севере.
— Как и другие, — сказал я.
— Питер тоже чрезвычайно честолюбив. У них много общего… — Он умолк, увидев приближающихся Грэффема и Нору.
Грэффем протянул мне руку.
— Вы, по-моему, знакомы с Норой. А меня зовут Грэффем — на случай, если вы не расслышали.
— Он расслышал, — сказал директор. — Ваш вопрос, Питер, в самом деле произвел на него большое впечатление.
— А на меня произвел большое впечатление его ответ, — сказал Грэффем. — Он настоящий правоверный тори, как я погляжу.
— И коварный притом, — сказал я. — Наиболее опасная разновидность.
— И к тому же — в чем я не сомневаюсь — мучимый жаждой, — дополнил директор. — Давайте перенесем наше совещание в комнату для лекторов.
— Великолепно, — сказал Грэффем. — Знаете, советник Лэмптон, почему я каждое воскресенье посещаю здесь лекции? Директор угощает пивом. И он всегда заканчивает собрание за час до закрытия бара…
И он принялся рассуждать о достоинствах пива в жаркую погоду.
Когда мы шли по длинному крытому переходу в лекторскую, он перевел разговор на существующий в Англии порядок выдачи разрешений и патентов на строительство, а затем довольно ловко — на уорлийский муниципальный проект постройки нового общественного бассейна. Нора говорила мало. Грэффем адресовался только ко мне, но я заметил, что стоило мне подойти поближе к Норе, как он немедленно вклинивался между нами. Один раз он даже просто ухватил меня за лацкан.
— Это же ясно как божий день, — говорил он. — Это столь же очевидно и зримо, как стены этого псевдосредневекового сооружения. Каждый житель Уорли хочет иметь возможность купаться в бассейне…
— Здесь есть река, — сказал я. — Не говоря уже о канале.
— А также тина, водовороты и дохлые собаки, — сказал он. — Вы позволите вашему ребенку купаться в этой реке или в этом канале?
Я постарался отогнать от себя мысль о Барбаре. Все чаще и чаще при одной мысли о том, что ей может грозить какая-нибудь опасность, у меня до боли сжималось сердце от страха.
— Напрасно мы об этом говорим, — сказал я. — Проект строительства бассейна сейчас обсуждается.
— В самом деле? — спросил он.
— Нора может вам подтвердить, — сказал я, придвигаясь к ней ближе. И внезапно в этой убогой казенной комнатенке с дубовыми панелями, почти сплошь увешанными различными объявлениями, на меня повеяло уютом домашнего очага. — Ну, как по-вашему, будет у нас плавательный бассейн. Нора?
Назвать ее по имени доставило мне огромную, почти чувственную радость, и теперь, стоя ближе к ней, я еще отчетливее ощущал запах ее духов, напоминающий аромат ландыша.
— Муниципалитет обсуждает проект, — сказала она. — Но обсудить — это еще не значит осуществить.
— Вы несправедливы, — заметил я. — Речь уже идет о выборе места.
— Да, кино «Палас», — сказала Нора. — Я понимаю, что это было бы замечательно. Расположенное в центре, готовое здание, которое можно использовать в качестве каркаса, а сейчас оно к тому же как бельмо на глазу. Но что, если Эмборо не захочет его продать?
Она, как видно, была неплохо осведомлена. Эмборо, владелец кино «Палас», и в самом деле не желал продавать его муниципалитету.
— Я — это еще не весь уорлийский муниципалитет, — сказал я. — Не могу поручиться вам, что он будет и чего не будет предпринимать. Но если там решат, что лучше, чем кино «Палас», ничего для бассейна не подберешь, тогда можно изыскивать средства и способы приобрести его. Но прошу на меня не ссылаться.
Грэффем захихикал.
— Вы чрезвычайно осторожны в выражениях, советник Лэмптон. Вы имеете в виду принудительную продажу?
Он отхлебнул пива. У него была очень тощая шея, и я мог проследить путь пива. При таком телосложении и цвете лица ему бы не следовало носить красную спортивную рубашку. «Что могла найти в нем Нора?» — ревниво думал я. Мне представилось его землистое, небритое лицо на подушке рядом с Норой. Когда я отвечал ему, мне стоило немалых усилий не дать моему раздражению прорваться наружу.
— Если это будет абсолютно необходимо, — сказал я. — Вернее, если муниципалитет решит, что это абсолютно необходимо. Впрочем, как вы могли заметить, партия, к которой я принадлежу, вовсе не в восторге от этой затеи.
