Вспоминается один смешной эпизод. В 12 НИИ МО (тогда г. Загорск), ответственном за критерии и критериальные параметры поражения лазером всей боевой техники вероятного противника от Министерства Обороны, в начале 83 г. проходила какая-то конференция, и Шахонский попросил меня там побывать. У меня уже были результаты моделирования – цифра по минимальной дальности полного ослепления лазером ГСН, не помню, какой ракеты, при которой обеспечивается промах, не меньший заданного. Докладчик называет цифру в 2 раза большую моей. Я достал маленький блокнотик и записал её. После окончания доклада я подошел к докладчику, чтобы обсудить это расхождение, и, не успел я открыть рот, как с обеих сторон меня хватают «под локотки» и насильно, не говоря ни слова, куда-то тащат два здоровенных майора. Притащили в кабинет начальника института, д. т. н. генерал-лейтенанта Замышляева, родной брат которого у нас был зам. начальника СКБ (см. выше). Эти два бугая доложили генералу, что поймали шпиона. Когда он узнал от меня кто я и откуда, он отпустил этих молодчиков из 2-ого отдела. Он мне объяснил, что я, записав что-то в несекретный блокнот, грубо нарушил инструкцию по ПДИТР (служба Противодействия Иностранным Техническим Разведкам). Как будто я без него это не знал! (Ради дела, я эту инструкцию нарушал уже несчетное количество раз). Попросил у меня блокнотик, увидел там одну безразмерную цифру, и спросил что это за цифра. Пришлось мне ему все растолмачить с азов. Я даже ему высказал моё предположение, почему расходятся цифры. Для нас, разработчиков лазера, это очень важно, т.к. тянет за собой увеличение в квадрате мощности лазера! Он очень удивился, когда узнал, что в «Луче» занимаются оценкой эффективности комплекса на таком высоком уровне – он считал, что это дело военных. Пришлось мне его переубедить, и, кажется, успешно. Он попросил у меня блокнотик, вырвал листочек, порвал его и вернул мне. Предложил покинуть Конференцию, что я и сделал.
Приближалось моё 50-ти летие. Юля предложила купить а/машину – подарок к этой замечательной дате. Неоднократно моя фотография висела на доске почета ОКБ, и я подал заявление в завком выделить мне право на покупку автомашины. В июне 80г мне выдали какой-то документ на право покупки комиссионной а/м «Жигули» – новые машины завкомовские ребята давали только большим начальникам и брали себе. Около 2000р заняли у друзей на работе.
В машинах я тогда разбирался слабо, хотя некоторые знания о принципах работы системы зажигания у меня были ещё со времён, когда я, 13-ти летним пацаном, в 44 году вынужден был с голодухи летом пойти работать на автобазу склада химоружия (подробности – в разделе 1.4).
Пару раз мы с Юлей съездили в Ю. Порт, где были выставлены комиссионные машины, но ничего подходящего не увидели. Стало ясно, что нужен был надёжный консультант. И я такого нашел. Порекомендовал мне его мой друг детства Володя Чекалин. У него в стройуправлении был парень, который занимался на профессиональном уровне ремонтом а/м. При первой же поездке в Ю. Порт он выбрал «ВАЗ-2101», 78 года выпуска, экспортного исполнения с чуть помятым задком. Я заплатил 5200р. (Новая – стоила 5600). Машина была в эксплуатации на а/базе дипкорпуса и прошла всего около 7000км. И он сам же взялся её отремонтировать. Через месяц он машину мне сдал в отличном состоянии. Заплатил я ему за ремонт 300р. (
22 декабря 1980, день моего 50-ти летия, отмечен был в рамках ОКБ. С поздравлениями приходили все руководители отделов и ОКБ. Был выпущен спец номер стенгазеты с описанием в юмористической форме эпизодов моей биографии и заметных достижений во время службы на флоте, работе в «Алмазе», на охоте и работе в «Луче». (В ОКБ был профи художник. Особое впечатление производила физиономия оскаленного тигра). Был поздравительный Приказ, подписанный Н.Д. Устиновым и Адрес с огромным количеством подписей
В начале декабре 82г произошел печальный инцидент – я серьёзно повредил левый голеностоп, выходя из вагона электрички во Владимире на низкую обледенелую платформу. Стопа подвернулась и я упал, застонав (заорав!) от дикой боли. С вокзала меня доставили в областную больницу, где рентген показал серьёзный разрыв связок с отрывом фрагментов кости. Мне повезло, что на этом же поезде ехал мой товарищ из другого отдела. Он сопровождал меня всюду и организовывал транспортировку сначала в гостиницу полигона, а потом в Москву до дома. В 1-ой Градской мне сделали гипс и сказали, что снимать будут только через месяц.
