С отснятым материалом Станислав Иосифович поехал в Москву к Герасимову с требованием снять Лужину с главной роли. Но Сергей Аполлинарьевич не разрешил заменить актрису, обвинив режиссера в том, что тот плохо работает с актерами, не может, как скульптор, слепить свою Галатею.
Тамара Федоровна передала Ларисе большое письмо.
В нем мудрый педагог советовала думать только о роли, работать и не обращать внимания ни на что. К примеру, взять тетрадку и сочинить образ Светланы: откуда она родом, кто ее родители, о чем она мечтает.
«...и я почему-то решила, что Светлана приехала из Владивостока, очень долго добиралась до Сталинграда. Устала. Но каждый день приближал ее к встрече с любимым, и потому в душе у девушки горел огонек нетерпения от ожидания счастья... Я и сейчас так же готовлюсь к каждой роли. Я должна не играть, а жить своей героиней. Обязательно читаю сценарий, учу свои сцены наизусть, как правило, вечером, чтобы во сне словно «переспать» с мыслями своей героини».
Постепенно все наладилось, правда, с исполнителем главной роли актриса так и не смогла найти общего языка.
«Я, по-видимому, ему была неинтересна. Вячеслав Тихонов, слава которого тогда была уже огромна! Он был абсолютно впереди всех по популярности среди советских актеров! Его любили женщины. Тогда он уже снялся в фильмах «Дело было в Пенькове», «Чрезвычайное происшествие». И работать с Тихоновым было очень тяжело. На нем всегда лежал такой налет... превосходства. Он был таким снисходительным, что ли. Это очень раздражало! По сюжету мы играли тонкую любовную историю, а контакта между нами, актерами, совсем не было! Он даже не разговаривал со мной. И все замечания по моей работе говорил режиссеру. И хотя мы играли близких людей, вне кадра Тихонов со мной даже словом не обмолвился. Переговариваться предпочитал через режиссера. Помню, все шептал Ростоцкому: «Студентка не справляется». Однажды я не выдержала, обратилась к нему при всех: «А вы можете высказать мне все это в глаза?» В общем, расстались мы без малейшей симпатии друг к другу. Доиграв до конца фильма, мы так и не наладили отношения. Правда, уже по прошествии времени Вячеслав Васильевич через Тамару Федоровну Макарову передал в мой день рождения коробку конфет и открытку, в которой приносил свои извинения. Посмотрев фильм, он пришел к выводу, что я сыграла достойно. Все это в прошлом, но правда, когда спустя много лет мне предложили сняться вместе с Тихоновым в одной картине, я отказалась, боялась, что все то тяжелое, что я пережила на съемках картины, может повториться, а мне не хотелось разрушать дружеские отношения, которые сложились спустя годы».
Фильмы в те годы снимались долго. Не было компьютеров, цифровых камер.
Сейчас одну серию снимают за полтора часа, а в те годы снимали 6—7 месяцев. Очень долгий процесс. Экспедиции длились по 2—3 месяца.
Съемка картины — это целая жизнь. Все жили фильмом, судьбами героев, как говорится — все были в материале, даже осветитель мог написать целую историю к картине, не говоря уже о костюмерах и гримерах. Сейчас все по-другому.
И вот в 1962 году фильм «На семи ветрах» вышел на экраны. И несмотря на такое обилие статей и рецензий, критики встретили фильм холодно.
Особенно негативно о фильме писал Николай Николаевич Кладо, почитаемый и уважаемый в мире искусства критик.
Но зритель полюбил картину. Фильм и его создатели стали принимать участие в мировых фестивалях.
Легкой поступью по красной дорожке...
«...Это был 62-й год, существовал так называемый «железный занавес», поэтому мало кто выезжал за границу, исключением были киношники. Мы были в этом отношении счастливые — актеры же, творческие люди. Для нас «занавес» открывался.... Правда, я приехала из Эстонии. Таллинн тоже можно было считать заграницей. Я читала много книг, в основном французскую литературу, и поэтому мне очень хотелось попасть во Францию. И вот моя мечта исполнилась. Можете себе представить, что время было такое, еще недостаточно хорошо было и с одеждой, и с продуктами. Обилие прекрасных вещей, удивительной архитектуры, да и сам Париж, который произвел завораживающее впечатление, и то, что все можно увидеть, потрогать, купить, конечно, потрясало. У нас проходили Недели французских фильмов, но то на экране, а то наяву. Но мы, молодые актрисы советского кино, тоже выглядели великолепно.
