Я не виню Шеата. Он слишком добрый для всего этого дерьма, в которое мы плавно погружаемся с головой. Он не готов еще принимать столь серьезные решения. И не может справиться с естественной своей природной добротой, повелевающей беречь каждую живую букашку. Он дракон жизни, как бы он там ни выкручивался и какие бы жестокости не выдумывал. Зря он вообще там был, это да… Но чего уж теперь жалеть…
Сделанного не воротишь. Остается только проглотить обиду и больше никогда не помогать разрозненным сверхам. Совету — пожалуйста. Спасти брошенных, забытых, искалеченных детей и подростков, да даже и взрослых — за милую душу. Разгромить лаборатории — всегда готовы. Защищать свои миры — всенепременно. Но вот рвать собственную жопу ради того, чтобы все усилия пошли прахом — уже никогда.
Только в сказках спасители мира и вселенных получают почести, лавры, всенародную любовь и уважение. В реальности же они получают ушат дерьма в добавок к тому дерьму, в котором они уже и так плавают. Спасать тех, кто не хочет спасения — неблагодарное дело. И это был мой очередной жизненный урок для себя и для всех. Вот теперь ежели кого сожрут паразиты, то это будут не наши проблемы. За что боролись — на то и напоролись. А у нас всех слишком много работы, чтобы разбираться еще и с придурошными сверхами.
========== Часть 86 ==========
Студент наконец-то дотестировал симбионтов для покалеченных драконов и принес к нам на корабль, чтобы вылечить этих детей. Симбионтами оказались светлые, почти белые комки чего-то живого, упакованные каждый в свой прозрачный контейнер. Понятия не имею, из чего он их создал и каким образом, но то, что эти небольшие комки размером с мелкую кошку способны вернуть драконам нормальную жизнь, было доказано в опытах на людях, эльфах и прочих более слабых существах, желающих получить необыкновенное лечение своих проблем.
Скажу сразу, что Студент находил для опытов именно добровольцев, тех, кому не помогала обычная медицина или магия. И симбионты с этим справлялись. Нет, они не воскрешали из мертвых, но усилить живое тело и срастить некоторые разорванные энергетические связи вполне могли.
Выставив свои контейнеры на подвижном столике, либрис завез его в палату к первому дракону, потерявшему ипостась и цвет. Это был один из неопознанных родственниками парней. Хотя, может, его и опознали, просто не захотели брать назад в клан, чтобы не позориться. Вон пепельная как орала… Как вспомню, как вздрогну.
Студент вытащил из первого контейнера бесформенный белый комок и плавно опустил дракону на грудь. Я наблюдала за всем этим безобразием в качестве некоего свидетеля, помимо камер наблюдения. Комок сначала поползал по коже, а после медленно впитался, проникая внутрь тела. Дракон слабо дернулся — видимо, ощущения были не из приятных. Но все же, это лучше, чем получать плазму. Передача плазмы намного больнее и опаснее, наверняка никто бы из этих истощенных подростков не пережил бы ее. А симбионты нормально приживались даже в людях.
Либрис наблюдал, как медленно проходят волны чего-то под кожей дракона. А через несколько минут паренек уже смог сесть, удивленно таращась на нас, как на явление святого духа.
Пока с него снимали все показания организма и сканировали, Студент удовлетворенно фыркал. Он настоящий творец и исследователь, как ни крути. Ему любопытно, что получится, если… И он все время пытается придумать это «если». В данном случае его изобретение пошло на ура.
Пока медики возились с первым пошедшим на поправку пациентом, мы направились дальше, к следующему. К тем всем мальчикам и девочкам, которые стали никем.
Через пару часов симбионты были у всех покалеченных драконов и виверн, не сумевших сохранить свой цвет. Для виверн Студент подобрал меньших и каких-то сереньких симбионтов. Впрочем, дело было не в цвете.
К концу дня ребятишки уже вовсю бегали по спортзалу, разминая ослабевшие от длительной неподвижности мышцы. Их вторые ипостаси оказались несколько однообразными, но не такими уж и плохими. Из них получились белые, серые, черные и полосатые в различных вариациях драконы. Хотя назвать их теперь истинными драконами фактически невозможно, но характерные драконьи черты все равно сохранились.
Получается, таким вот незамысловатым образом наш либрис создал новый вид драконов. Пока не ясно, какое название им придумать, не бело-черно-полосатые же, в самом деле. Зато ясно, что теперь это совершенно иной вид, отличающийся от истинных драконов и от обычных драконов по некоторым признакам. В частности, симбионт не может покинуть тело своего носителя, но может заменять собой на некоторое время поврежденные участки тела и даже целые органы. Особых экспериментов в этом плане не было, поскольку эти дети и так настрадались, но уже на сканировании было выявлено, что благодаря симбионтам ребята смогли отрастить утраченные в лабораториях ядра.
