Я вынесла Джека в сад — вдруг смена обстановки его успокоит? — и обнаружила, что мистер Ченнинг и Фрэнк прячутся от миссис Померой.
— Да она вас в минуту найдет.
— Да, но у нас хотя бы будет передышка. Представляете, сейчас она пишет статью в местную газету. Так что ее ничто не остановит.
— Ну, это ведь довольно неплохая идея, разве нет?
— Да. Но она перегибает палку. Я хочу сказать, у нас тоже могли быть идеи. Билл, как вам известно, тоже член правления. А она просто уходит, не прощаясь, и делает то, что считает нужным.
— А у вас есть еще какие-то идеи?
— Ну, нет, но могли бы быть, только дай нам время. Нам нужно где-то найти деньги, чтобы починить крышу — это определенно необходимо. Иначе придется проводить встречи на открытом воздухе. На днях шел проливной дождь.
Мы поговорили о толкучках и лотереях, а потом Фрэнк сказал, что он мог бы сделать календарь.
— Как тот, что сделал Женский клуб. Они заработали на нем кучу денег.
Он был очень горд собой, что родил такую блестящую идею. Но мне показалось, что Билл с ним не согласен.
— Что? И ты предлагаешь нам всем сниматься голышом? Ей это не понравится.
Но это даже подзадорило Фрэнка.
— И что с того? Эльзи бы охотно согласилась, а мистера Помероя можно спрятать за тачкой, если нам удастся найти достаточно большую тачку.
Вообще-то я не уверена, что хочу видеть Фрэнка и Билла в одних шляпах, но они испытывали все больший энтузиазм по поводу своей идеи.
— Над чем это вы трое смеетесь? Это должно быть что-то очень смешное, потому что вас слышно даже в доме.
— Чарльз, у Фрэнка родилась блестящая идея. Мы собираемся сделать календарь садовода, чтобы найти денег на новую крышу. Обнаженные Садоводы. Что ты об этом думаешь?
— Господи, надеюсь, вы это не серьезно.
— Вполне серьезно. И мы выбрали тебя, чтобы ты объяснил это миссис Померой.
— О боже…
По дороге домой Альфи сказал мне, что младенцы ужасно скучные.
— Лили говорит, что Джек все время только спит и плачет. Разве это интересно, а, мам?
— Ну, все младенцы иногда плачут.
— А курочки не плачут. И собачки тоже. Знаешь, я думаю, мы могли бы взять щеночка, и это было бы здорово. Гораздо лучше, чем глупый младенец.
— Ты ведь тоже когда-то был глупым младенцем, Альфи.
— Да, но сейчас-то я вырос. И я хочу собаку. В нашем классе у всех, кроме меня, есть собаки. Это ужасно.
— Альфи, это же неправда. Начать с того, что у Лили нет собаки.
— Нет, но у нее есть курочки. И еще она девчонка. У девчонок не бывает собак, у них кролики.
— Значит, ты больше не хочешь кролика?
— Нет. Они глупые. Я хочу собаку.
— Альфи, я же тебе говорила, может быть, когда ты станешь постарше.
— Я не могу так долго ждать. Не могу. Мама, я тебя ненавижу. Ненавижу-ненавижу.
Я сидела дома и пыталась поработать над планами перестройки еще одного амбара, которые Мэлком только что свалил на меня, но меня все время прерывали. Быть частью деревенской жизни очень хорошо, и работа в саду определенно приводит к тому, что я теперь ближе и к природе, и к людям, но она приводит еще и к тому, что кто-нибудь все время звонит или заходит. Вот и сегодня утром сначала позвонила миссис Померой, чтобы сказать, что журналисты приедут на следующей неделе, и думаю ли я, что следует пускать Эльзи на встречу с ними, ведь все знают, какая она. А потом позвонил Чарльз и сказал, что нужно убедиться, что Эльзи позволят прийти. После чего зашел Фрэнк и сказал, что он не уверен, что хочет попасть в журнал, и считаю ли я, что ему придется надеть костюм, потому что миссис Померой сказала, что это необходимо, но ведь считается, что мы садоводы, а в саду никто не работает в костюмах, не считая бедной миссис Померой. Я предложила ему посоветоваться с мистером Ченнингом. Уходя, он сказал, что нужно подрезать розы, и он может это сделать у меня в саду, если я захочу. Прежде чем уйти, он обнаружил еще кучу дел, которые надо сделать в саду, и сказал, что приведет себе в помощь мистера Ченнинга. Это означает, что они оба придут и будут часами болтать ни о чем, что, возможно, очень мило с их стороны, но когда мне предлагается работать, одному богу известно.
Только я успела присесть, проводив Фрэнка, как раздался еще один стук в дверь. Это уже становится смешно. Я открыла дверь, готовясь сказать любому, кто за ней стоит, чтобы он шел на фиг и дал мне поработать. Это был Гарри.
— О, привет.
— Я просто проезжал мимо и подумал, может, зайти? Ничего, что я зашел?
— Конечно, проходи.
Твою мать. На мне был облезлый старый свитер и джинсы, и я даже не расчесывалась сегодня утром. Не то чтобы это имело значение, конечно. Но все равно.
— Ты уверена, что не очень занята?
— Нет, ничего. Я как раз собиралась сварить кофе. Хочешь?
— Да, пожалуйста. Сад перед домом выглядит довольно хорошо, а как дела в заднем саду?
— А пойди взгляни, я принесу тебе кофе туда, если хочешь, там ведь не очень холодно?
— Нет, на солнце довольно тепло.
— Кстати, ты знаешь, что мы выиграли серебро за новый сад?
— Здорово, поздравляю.
— Уверена, твои травы сыграли не последнюю роль.
— Хорошо.
