Продолжение "Вопреки светофору". Прошло три года после Второй битвы за Цитадель. Галактика медленно оправляется после разрушительной войны со Жнецами.
========== Глава 1. ==========
Шепард закончил просматривать очередной отчет, встал из-за стола и подошел к окну. Свет закатного солнца щедро украсил небосвод и песчаный ландшафт червонным золотом. Мужчина улыбнулся, наслаждаясь редкой красоты зрелищем, открывшимся его взору, и усталость от многих часов бумажной работы начала понемногу отступать. Отчеты агротехнических бригад, координация взаимодействия с главами коммун — экипажей квариан, осевших на земле и занимающихся ее обработкой, строительством и т. д. Жалобы на неподобающее поведение командированных землян. Дипломатическая переписка. Новости о состоянии дел в галактике, как публичные, так и служебные, надежно удерживали от впадения в неоправданный оптимизм. Пираты, пользуясь слабостью ВКС всех держав галактики, захватывали торговые суда и совершали набеги на колонии, уже не стесняясь покидать системы Термина. Инфраструктура и промышленность получили серьезнейший удар, что повлекло за собой кризис галактического масштаба. Цитадель, толком не успев оправиться после нападения «Цербера», пережила полномасштабное вторжение наземных сил Жнецов. И даже сейчас, спустя три года после Второй битвы за Цитадель, кое-как восстановили только Президиум и доки. Большая часть жилых районов или лежала в руинах, или просто вымерла, точной информации о том, что там творится, не было ни у кого, СБЦ была обескровлена и пока не решалась высовывать нос за пределы доков и Президиума. Шепард поморщился, представив, сколько работы сейчас у его старого друга, коммандера Бейли, и в каких выражениях он отзывается о Жнецах, бандитах, и собственном начальстве, причем неизвестно, кому из вышеперечисленных доставалось больше.
Саларианцы погрязли во внутренних разборках. Десятилетиями назревавшие противоречия между различными фракциями были только усублены исцелением кроганов от генофага и критически различными взглядами фракций на внешне-и внутриполитический курс Союза в послевоенной галактике. Радикалы умело играли на страхе перед повторением Кроганских Восстаний, зарабатывая политические очки. В сочетании с тем, что саларианцы отправили на войну со Жнецами не все свои ВКС, а лишь экспедиционный корпус, сохранив костяк своих сил в целости, это грозило еще одной галактической войной. Шепард вздохнул: «Надеюсь, здравые силы в их правительстве все же победят, а Рекс и Бакара не дадут себя спровоцировать и удержат реваншистов из числа своих соплеменников от необдуманных действий». Жаль, Рив был не единственным представителем кроганов, жаждущих возмездия за генофаг. Шепард мысленно пожелал своему старому другу удачи, вспомнив давний разговор с Гаррусом, предложившим нанять для Рекса дегустатора. Теперь эта мысль казалась весьма дельной. Улыбнувшись про себя, Шепард задумался о новостях с Земли. Выборы в парламент прошли хуже, чем можно было надеяться, но лучше, чем он опасался. Большинство кресел заняли сторонники сотрудничества и торговли. Разумеется, руководствовались они выгодой тех, чьи интересы продвигали, а вовсе не высокими чувствами и идеями галактического братства народов. Ожидаемо, оппозицию составили радикалы, человеческие супрематисты и прочие прекрасные люди. Шепард вспомнил слова Призрака: «„Цербер” — не организация, не корабли и не наемники. „Цербер” — это идея, а идею сложно убить». После смерти Призрака и уничтожения станции «Кронос» «Цербер» переживал не лучшие дни. На него охотились спецслужбы всех основных держав галактики, пользуясь содействием выходцев из его же рядов, возглавляемых Мирандой, многие ячейки были выявлены и уничтожены, многие его сторонники в самых верхах галактического общества добровольно отошли от дел, были со скандалом подвергнуты остракизму или же найдены мёртвыми в собственных домах, аэрокарах и т. д. Но идея доминирования человека над инопланетянами была жива, и позволяла радикалам набирать голоса и продвигать свои интересы. «Можно выиграть войну, но нельзя в одночасье изменить человеческую природу», — подумал Шепард. Он так глубоко задумался, что далеко не сразу обратил внимание на нежные, но сильные прикосновения чьих-то пальцев к своим плечам и шее. Пальцы умело, со знанием дела массировали напряженные мышцы, снимая стресс и даруя покой.
— Здравствуй, дорогая. Как прошел твой день? — спросил Шепард у своей жены.
— Прекрасно, любовь моя. Как ты знаешь, квариане любят поговорить и принять живейшее участие в жизни друг друга. Пока мы жили на кораблях, это было залогом нашего выживания. Сейчас же… — сделала Тали неопределенный жест рукой. — За этот день я всего лишь трижды пожалела, что мы не инсценировали нашу смерть и не залегли на дно где-нибудь на Илосе, — прозвучал ее мелодичный, очаровательно звонкий голос.
