– Сергей Павлович, вам предстоит возглавить эту работу. Всё тщательно продумайте, проанализируйте и действуйте. Через день доложите. Абрам Семёнович, вы помогаете моему заместителю.
– Всё. Свободны.
Заместитель начальника политотдела был человек исполнительный и весьма инициативный. Особенно если перед ним стояла конкретная задача. Уж как её решить, он понимал чётко и, по его мнению, правильно.
Через час у него в кабинете был собран женский актив, председатели групп и постов народного контроля.
В соседнем кабинете помощник по комсомолу собрал председателей советов молодых офицеров. А как же вершить великие дела без неё, без молодёжи?
Начальник клуба названивал в гарнизоны, передавая форму опроса будущих владелиц финского чуда.
– Пиши. Партийность, образование, возраст, число членов в семье. Как «при чём партийность»? Ты пиши, пиши. Значит, так надо. Давай быстрее. Мне ещё в три хозяйства звонить…
Работа эта не могла не быть замечена уже всеми обитателями военного гарнизона.
Пошли слухи, что в военторг вместе с сапогами пришла разнарядка на двадцать четыре автомобиля «Жигули» и две «Волги», на кухни «Флора» и эстонские стенки. Об их числе никто не знал. Однако народ догадывался, что товару будет очень много.
Все телефонные линии работали с явным перенапряжением. Даже комдив заметил, что у него телефоны, прежде разрывающиеся от звона, молчали. И это уже было не просто странно, а тревожно. Как же, перестройка на дворе, всё может быть.
Март! Весна! Перемены! Перестройка! Свежий ветер новой жизни! Ура!!!
К вечеру следующего дня с толстой папкой в руках заместитель начальника политотдела был у шефа.
– Иван Павлович, ваше приказание выполнено! Вот списки, пожалуйста.
Он с видом победителя положил красочно оформленную и явно не лёгкую папку на стол.
Иван Павлович похвалил заместителя.
– Молодец! Можете ведь, когда хотите. А где военторг?
– Вот-вот подойти должен.
– Хорошо, давай разбираться, что тут у вас.
Начальник открыл папку. Здесь в аккуратных больших конвертах находились списки из частей за подписью командиров и народных контролёров. Протоколы собраний и совещаний женсоветов. Различные справки, доверенности, ходатайства и так далее.
– Ну и что со всем этим делать? Что ты мне принёс?
– Иван Павлович, вот обобщённая справка. В целом по нашему хозяйству желающих купить сапоги более пятисот человек, а если быть точным, пятьсот шестьдесят три. Ну, мы кое-кого отмели, к примеру, если муж имел взыскания, или икра в два раза больше объёма сапога, и так далее. Подобобщили чуток и список сократился значительно. Вот окончательный вариант.
– Итак, в списке: нуждающихся в сапогах женщин – девяносто две, мужчин – двое, ветеранов войны и труда – четыре человека. Итого – девяносто восемь человек. Всё. Дальше надо решать.
– А при чём здесь мужчины и ветераны, не очень понимаю?
– Как при чём? Эти двое в разводе, а дочери взрослые. Вот и размеры их здесь в папке, и возраст. Ну, а за ветеранов совет гарнизонный ходатайствовал. От них целая петиция пришла. Зачитать?
– Да нет, не нужно, верю.
– Так, и что делать будем? Желающих вон сколько, а сапог две пары.
– Что делать будем, а, Абрам Семёнович?
Это вопрос уже подоспевшему начальнику военторга.
С видом явно в чём-то провинившегося человека Абрам Семенович чуть шатнулся к выходу.
– Так нет сапог, товарищ полковник. Уже нет.
– Не понял, как нет? А к чему тогда вся эта мышиная возня? Что, не поступили ещё?
– Так нет… Были сапоги, а сейчас нет.
– Товарищ майор, вы что, шутки со мной тут шутите? В чём дело?
– Забрали их… Нет сапог…
– Кто забрал, почему?
– ?!
– Что молчите? Кто забрал?!
– Так жена ваша и жена комдива…
– !!!
Лицо Ивана Павловича стало медленно наливаться кровью. Глаза потемнели. Он шумно и тяжело задышал.
Начальник военторга сделал ещё несколько мелких шажков к двери, там уже стоял ретировавшийся несколько раньше Сергей Павлович.
– Вон! Все вон из кабинета!
Офицеры пулей выскочили за дверь.
Иван Павлович домой пошёл окружным путём. Надо было подумать, как поступить с этими чёртовыми сапогами.
Эх вы, думы, думы!
С одной стороны – как это так, пришли на базу и забрали? Как это так? Вот просто пришли и всё? Что, всем так можно делать? Непорядок! Явно непорядок.
А с другой… так ведь это его жена. Его, начальника политического отдела. Жена командира.
А потом, их, желающих этих, более полутысячи, а сапог две пары. Может, оно и к лучшему, что вопрос вот так сам разрешился?
Несколько успокоившись, Иван Павлович медленно брёл по весенним дорожкам. Весна уже действительно чувствовалась не только по календарю – март как-никак – но и по лёгкому, влажному вечернему ветерку, мокрому асфальту. И темнеть уже стало значительно позднее.
Ничего, всё наладится, прорвёмся!
Настроение поднялось окончательно, когда Иван Павлович открыл дверь квартиры. Вкусно пахло его любимой жареной картошкой и тушёной свининой. На столе стоял запотевший штоф с коньячком. Мило и ласково улыбалась его Маша.
Ну, хитрюга, ну, лисица! Знает, как приластиться! – уже нежно глядя на жену, подумал начальник политотдела.
