Где праздновать, тоже решили достаточно быстро. Не так велика зарплата лейтенанта, чтобы в ресторане отдыхать, это во-первых. Во-вторых, дома уютнее, тем более что и за это гнёздышко предстоит чокнуться. Загибаем второй пальчик.
Меню. Ну, здесь перед авторитетом тёщи, Нины Ивановны, устоять просто было невозможно. Если я всё начну перечислять, утонем в слюнках. Здесь Пашу и его жену радовало то обстоятельство, что большую часть блюд рвалась готовить сама тёща.
– Да мы только счастливы будем!
Есть третий пальчик.
Итак, дело за малым. Четвёртое. Назначаем дату, готовимся и празднуем. По дате и времени проведения мероприятия надо посоветоваться с начальством, и Павел пошёл к замполиту полка.
– Виктор Иванович, позвольте пригласить вас на день рождения. Мы с женой будем рады видеть вас в следующую субботу, в шестнадцать часов.
Паша обстоятельно рассказал замполиту обо всех радостных событиях, его жизненных праздниках.
Как и следовало ожидать, замполит весьма уважительно и с интересом отнёсся к приглашению, поблагодарил, но ответ пока не дал.
– Надо с семьёй согласовать.
– Конечно, конечно, я подожду.
Естественно, Виктор Иванович пообещал не задействовать в этот период на службе других предполагаемых Пашиных гостей.
Коллег по службе уговаривать не пришлось.
– Паша, мы готовы хоть сейчас поехать, приглашай, – с улыбкой сказал секретарь парткома Михаил Илларионович. Пропагандист полка, Александр Иванович Коцюба, согласно закивал, согласен был и Коля Харитоненко, начальник клуба.
Что же, надо готовиться.
Вся неделя прошла в приятных хлопотах. Тёща постоянно корректировала меню. Добавились икра чёрная и красная, по случаю соседи принесли. Из ресторана пообещали к субботе доставить заливного судака, очень аппетитное блюдо. Для салатов всё уже было закуплено. Тесть где-то достал весьма дефицитную в те годы «Горилку с перцем», столичную водку и армянский коньяк. Жена до идеального состояния выдраила и так практически новую квартиру.
И вот настал он, час «икс». К трём часам тридцати минутам всё было готово. Паша в последний раз осмотрел стол – всё просто чудесно, стол, как в лучших домах. Он с гордостью и благодарностью глянул на жену.
– Спасибо, дорогая, всё здорово.
Ждём гостей.
Ровно без четверти четыре птичкой запел звоночек.
– Кто бы это мог быть? Наши обещались точно прийти, может, это соседка?
В открытую дверь заглянул Николай:
– А, вот они притаились, гостей не ждут. А?
– Заходите товарищи, заходите, рады вас видеть. А Виктор Иванович где?
На правах старшего Михаил Илларионович сообщил, что в последний момент замполиту пришлось остаться в полку, комиссия какая-то приехала. Он просил извиниться и нам поручил поздравить вас с праздником.
– Так что вот так. Служба, сам понимаешь, служба.
Александр Иванович первым взял слово, правда, за столом ещё никто не сидел. Коля мыл руки, и Илларионович выглянул на балкон.
– Дорогие товарищи! Позвольте от себя лично и от присутствующих здесь сослуживцев, горячо и сердечно поздравить Павла и жену его прежде всего с годовщиной свадьбы.
– Горько, понимаете ли, горько! Горько!!!
Такого напора от пропагандиста Паша не ожидал. Не дождавшись от молодых поцелуя, Александр Иванович опрокинул стопку. Крякнул, закусил, налил вторую.
Паша растерянно стоял в дверях, жена шуршала на кухне. Михаил Илларионович сел за стол, положил закуску в тарелку, налил в рюмку горилку и встал.
– Наливайте, наливайте, Танечка, и вы тоже давайте к столу… Ну, что я скажу, Паша. Двадцать пять лет – хороший возраст! Эх, мне бы сбросить сейчас лет эдак двадцать, тоже молодым бы был. За тебя, дорогой мой, за тебя!
Заметно окосевший пропагандист налил очередную стопку, обнял начальника клуба.
– Коля, спой нашу, полковую.
Коля замахал руками.
– Стоп, стоп, погоди, рано ещё петь. За жён не пили. За наш тыл, за наших верных подруг, за их здоровье, за детишек. Ура!
Третью выпили мгновенно.
Паша пока ещё не пил, он к такому развитию событий не был готов. Шла десятая минута торжества, а выпиты уже две поллитры. Ну и скорость!
А скорость действительно росла.
– За родителей! За наших родителей, за твоих, Паша, тоже.
Хлоп – ещё рюмочка опрокинута.
– За тех, кто на боевом дежурстве, на службе. За их здоровье!
Паша, расстроенный, молчал, только кивал и наблюдал, как коллеги рюмка за рюмкой поглощают спиртное. Он уже понял, что произошло, Коля шепнул:
– Старик, ты не обижайся, мы в кафе «Вишенка» заглянули, ну вот малость и расслабились.
Ещё десять минут и всё было кончено. Водка проглочена, закуска осталась почти не тронутой, правда, икра разлетелась в момент. Да и пиво, с таким трудом добытое тёщей в фирменном магазине, и выставленное на всякий случай, так же закончилось.
– Ну что, дорогие мои, – Михаил Илларионович встал – примите наши пожелания счастливой семейной жизни, будьте здоровы.
– Так, Коля, забирай Иваныча, что-то он мне не нравится, опьянел, наверное. Так, так, под мышки бери его, веди в коридор. Ну, мы пошли, пока, Паша.
В коридоре Николай взял принесённый с собой пакет.
