– Можно начать с того, что более половины проживающих в ведомственных общежитиях Москвы к этим ведомствам никакого отношения не имеют. А там не только нелегалы-гостарбайтеры. Половина чеченской диаспоры там проживает … А агентуры у наших спецслужб там нет.
– Надеюсь, войсковую операцию в Чечне вы отменили?
– По просьбе генерала Свиридова мы отложили эту операцию. Но отказываться от возмездия …
– Думаю, на ближайшие две недели думать о такой операции не следует.
– Слушаюсь.
– На этом и порешим. Благодарю вас, Анатолий Иванович. И не стесняйтесь, докладывайте мне лично.
БАНДГРУППА
Группа вышла с базы во второй половине дня – в защитной одежде, в полном вооружении, с радиостанциями и гранатометами, с боезапасом в рюкзаках. Главарь шел первым – дорога была хорошо разведана, проходила по территории, где не было блокпостов и подвижных групп.
Команды передавались на гортанном кавказском наречии.
Свиридов узнал о пути бандгруппы случайно, но уже невидимый завис в коконе чуть позади группы и чуть выше по склону.
Цепочка вооруженных до зубов боевиков спокойно шла вверх по склону, прикрытая с обоих сторон деревьями, оставаясь невидимой для авиаразведки.
Свиридов устроился поудобнее, взвел затвор пулемета.
Длинная очередь – звуков выстрела слышно не было – протянулась сперва в голову колонны и не прерываясь стала смещаться вниз по склону. Неслышная очередь не сразу дошла до сознания расстреливаемых, но куда направить свой ответный огонь было непонятно. Поэтому они стали стрелять во все стороны и падать, сраженные бесконечной очередью.
Свиридов перестал стрелять, когда кончилась лента в пулемете.
Потом спустился пониже и достал длинноствольный «Арми», и дважды менял патроны в барабане. Затем он вышел из виртуальности и забрал все карты, бумаги и документы. Подумал, и забрал у всех личное оружие – в основном это были «Стечкины» и «Беретты».
Еще раз оглядев напоследок цепочку трупов он по рации сообщил координаты – голос, который слышал дежурный на блокпосту, прерывался и был плохо различим.
Это не вызывало удивления – здесь, в горах, связь вообще работала ненадежно …
ПОМОГИ МНЕ
– Анатоль … Анатоль … Это Лиззи … Ты мне нужен …
Свиридов уловил этот призыв и почувствовал сильнейшее волнение немолодого человека, а уже потом немолодой и очень сильной женщины.
– Тонечка, я отлучусь на некоторое время, – без такого извинения Свиридов уже давно не исчезал независимо от причины.
Лизи сидела, закутанная в огромный белый шарф, вжавшись в угол огромного красного дивана. Перед ней на низком столике стояла большая квадратная бутылка, еще несколько разноцветных бутылок, чашка со льдом.
– И тебе не жарко?
Свиридов в спортивной форме – в трусах и в майке – с полотенцем в руках уселся напротив.
– Привет, Анатоль. Спасибо … Мне так плохо …
Свиридов встал, дотронулся до ледяного лба женщины.
– Ладно, сейчас я тебя вылечу… Только душ приму …
Из душа Свиридов вышел в белоснежном халате хозяйки.
– Иди сюда, – он поднял женщину и стал вытирать ей лицо и короткие волосы белым шарфом.
Женщина закрыла глаза и прижалась к Свиридову, роняя шарф на пол.
Ее гибкое обнаженное черное тело исчезло под халатом Свиридова и замерло.
Она обняла его и прижалась к нему.
– Оказывается, даже такое невинное объятие может быть так приятно …
Свиридов похвалили себя за предусмотрительность – трусы он не снял.
Он сел на диван и поудобнее устроил у себя на коленях обнаженную негритянку, укутывая ее полами халата.
Она обхватила Свиридова за шею и положила голову ему на плечо.
Он поудобнее пристроил ноги женщины, поглаживая их, и при этом он внушал своей партнерше чисто платонические чувства – удовольствия от прикосновений, от ласк, от тепла его тела и полное отсутствие физиологического влечения.
– Как хорошо с тобой. Ты так чувствуешь меня, мое тело … У тебя были негритянки?
– Нет, Лиззи. У меня никогда ничего не было с негритянками, если ты имеешь в виду цвет кожи. А не состояние души.
– А состояние души – важнее? Поэтому я не нахожу удовлетворения … Мужчины, женщины, транссексуалы …
– Значит, ни один из этих партнеров не нашел в тебе души.
Свиридов провел руками по плечам, лопаткам и талии Лиззи, внушая ей невероятную и всепоглощающею близость. Женщина ответила ему не менее обволакивающей лаской без малейших признаков эротизма.
Свиридов слушал ее негромкие слова и путешествовал по ее информационному полю, удивляясь многообразию событий в ее жизни и железному стремлению к успеху везде и всегда.
И понял, откуда произошла устойчивая физиологическая неудовлетворенность у этой привлекательной женщины.
Чтобы Лиззи не заснула Свиридов внушил ей бодрость и повышенное внимание к словам обнимающего ее мужчины. А потом перешел к активному внушению.
– Подожди, я принесу выпить. Не возражаешь?
Она встала и пошла к столу с бутылками, и Свиридов отметил, что несмотря на возраст тело женщины не утратило привлекательности.
Возвращаясь обратно она спросила.
– Ну, как ты меня находишь? Как, меня еще можно трахнуть?
Она двигалась не спеша и абсолютно спокойно, как будто на ней было что либо одето.
