— Яна, мне столько не продержаться. Вдруг Клара встретит кого-нибудь и утешится? Я как представлю ее рядом с другим человеком, так мне сразу плохо. Яна, а ты не могла бы слетать к ней и рассказать обо мне? Только так… не сразу в лоб, чтобы не испугать, а подготовив, постепенно… Девочка и так уже пережила стресс, благодаря моей бывшей. Я и по телефону это не хочу делать, надо говорить, глядя в глаза человеку.
Яна смотрела на него, открыв рот от удивления. Попросить Яну Цветкову слетать на самолете было равносильно просьбе покончить жизнь самоубийством. Именно так она относилась к воздушному сообщению, но ответственность к просьбам знакомых оказывалась сильнее.
— Хорошо… Я обещаю, что свяжусь с ней и сообщу о тебе. А может быть, подождем, когда Женя вернется домой и сам все расскажет? — с надеждой посмотрела она на Евгения.
— Я не собирался уезжать сейчас и не собирался возвращаться именно в Норвегию, — честно ответил он и тут же обратился к Яне: — Но я с огромным удовольствием слетал бы туда с тобой. Приглашаю тебя в гости! Обещаю быть самым гостеприимным хозяином в мире, показать все красоты страны, создать романтическое настроение и заодно помочь твоему другу. Это хорошая идея.
Яна состроила кислую мину.
— А без меня нельзя? Ты один прекрасно все объяснишь…
— Создавать романтическое настроение в одиночку? Это пошло, — нахмурился Евгений.
— Да вы, сударь, маньяк! — покачала она головой, уже понимая, что ее ожидает.
— Яна — крепкий орешек, — прокомментировал Леша.
— Я не собираюсь выполнять твои прихоти, — предупредила Цветкова. — Все что хочешь могу сделать, только не это.
— Дай хоть один шанс… Общение с тобой дорогого стоит, — не сдавался режиссер. — Это бодрит.
— Только не лови меня на дешевую приманку. «Дорогуша, я сниму тебя в кино, а в ответ ты должна показать мне “клубничку” для вдохновения!» Мне не двадцать лет! — отрезала Цветкова.
— Я постараюсь соблазнить тебя более изощренным способом, — пообещал Евгений, смеясь. — А воображение у меня работает.
Леша слабо пошевелился на больничной койке.
— От вас обоих исходят такие флюиды, такие сексуальные волны, что так и пробивают! Электрический ток. Вы там со своей романтикой не забудьте про меня и Клару.
— Ни в коем случае! — заверила Яна. — Ради тебя я рискую честью и жизнью. Страшно даже подумать о самолете.
— А тебе, Женя, удачи! — посмотрел на Евгения Леша. — Она сейчас злая и колючая, потому что до безумия боится летать.
— Спасибо за информацию, — улыбнулся Евгений. — Я постараюсь подготовиться.
Яне было плохо. Завтра предстоит полет в Норвегию, чтобы соединить разбитые сердца Клары и Леши, то есть попытаться объяснить бедной девушке, что ее обманули и личное счастье вполне возможно.
Она уже решилась и знала, что обратного пути нет. Иначе образ несчастного загипсованного Леши будет стоять у нее перед глазами всю оставшуюся жизнь.
Больше всего на свете она хотела напиться в хлам, но так, чтобы завтра суметь подняться на борт самолета и при этом еще прилично выглядеть, чтобы ее узнали по фотографии на границе. Евгений, словно чувствуя ее состояние, пригласил в ночной клуб и познакомил с двумя своими друзьями, блондином Стасом и брюнетом Константином.
— Они из артистической среды? — уточнила Яна, которой от предстоящего ужаса было на все вокруг наплевать.
— Нет, — ответил Евгений.
— Да мне все равно! Хорошие ребята, — согласилась Яна и ударилась во все тяжкие…
Алкоголь, танцы, дым коромыслом и снова алкоголь… И что там за ребята, и откуда они, и зачем они, ей уже было все равно…
Яна лежала на кровати и смотрела в потолок. Если бы не постоянное монотонное бурчание Агриппины Павловны, она бы хотела валяться так всю жизнь.
