Сквозь просветы в перилах я заметила движение, и как только подошла ближе к ступенькам, увидела Уайатта во всей красе. В ковбойской шляпе, скрывающей его лицо, с мускулами, обтянутыми облегающей клетчатой рубашкой и тёмными джинсами, он стоял посреди веранды, а тропинка из бабочек вела к нему. Гирлянды, которые мы развесили по краю крыши, отбрасывали на него мерцающий свет, в то время как маленькие фонарики стояли на перилах и были расставлены по полу, как маленькие скопления звезд.
— Добрый вечер, принцесса, — поприветствовал меня улыбкой Уайатт, от глубокого тембра его голоса у меня уже бегали мурашки по коже.
Раздался мой смех, на этот раз чуть более пронзительный, и моё сердце начало бешено колотиться.
— Что происходит? — спросила я, нервно заправив несколько прядей за ухо, прежде чем поднялась по ступенькам, чтобы присоединиться к нему.
Во-первых, я была слишком поглощена всем происходящим, чтобы заметить, как он вёл себя, постукивал ногой и почёсывал шею, осматривая веранду вокруг нас. Его адамово яблоко дёргалось, а потом Уайатт протянул ко мне руки, ожидая, что я вложу в них свои. Меня осенило осознание, словно луч света ударил прямо в сердце, пока я ещё раз наслаждалась моментом.
О, мой бог.
О, мой чёртов бог.
Стараясь скрыть своё прерывистое дыхание, я переплела свои пальцы с его, приблизившись почти вплотную, приподнявшись, чтобы увидеть его полуночные глаза, в которые я влюблялась каждый день всё сильнее.
— Я подумал о том, чтобы сделать дорожку из бабочек по всему ранчо, по всем местам, с которыми у нас связаны тёплые воспоминания, которые заставили меня ещё больше влюбиться в тебя, особенно конюшни, — добавил Уайатт с дерзкой полуулыбкой и подмигиванием, заставляя меня покачать головой и подавить улыбку. — Но потом… ну, сначала я подумал о том, как буду зол на себя, когда пойму, что мне придётся убирать за собой эту дорожку, тянущуюся на многие километры.
Мои щёки горели от того, как он заставлял меня сиять и хихикать. Если не Уайатт, то я не знала, кто.
— Но, думаю, что на задней веранде запечатлены все наши самые любимые воспоминания. Впервые мы по-настоящему поговорили или, может быть, лучше сказать, поспорили. В тот раз, когда я застал тебя плачущей и понял, что готов на всё, лишь бы почувствовать кайф, который приходит от того, что ты улыбаешься. Из-за наших пьяных разговоров тебе пришла в голову идея ретрита, и она позволила нам сохранить своё убежище. Танец под мою любимую песню, когда я уже так сильно хотел тебя и не мог представить ничего лучше, чем держать тебя в своих объятиях. Чёрт, ощущение твоего тепла и мягкости в моих руках, когда я мог сделать тебя счастливой, и подарить безопасность стало
У меня на глаза навернулись слёзы, которые грозили пролиться по мере того, как росло напряжение. Мы до сих пор танцевали на задней веранде в конце каждой недели, чтобы прийти в себя после напряжённой работы на ранчо и ретрите. И каждый раз я вспоминала наш первый танец — момент, когда я мягко покачивалась под голос Зака Брайана, пребывав в блаженном неведении о том, как сильно уже влюблена.
— На самом деле, у меня с отцом состоялся один из самых содержательных разговоров за всю мою жизнь на этой веранде, потому что ты заступилась за меня. Так что, спасибо тебе, принцесса, правда. — Его рука скользнула вверх по моему телу, чтобы приласкать кожу на подбородке, и я позволила себе прижаться к нему сильнее. — И тогда, когда больше не мог выносить разлуки с тобой, я поцеловал тебя прямо здесь. А ещё ты кончила у меня на лице, после того, как я подарил тебе самый лучший оргазм в твоей жизни, так что это был для тебя бонус.
— Ты такой самоуверенный.
Я рассмеялась, высвободив одну руку из его ладони, ткнув его в грудь, но вместо этого Уайатт только обнял меня за талию, притягивая ближе, и из него вырвался искренний смех. Я наслаждалась ощущением его твёрдых мускулов, прижимающихся ко мне.
— Прекрати обзываться. Я пытаюсь быть романтичным. — Он бросил на меня многозначительный взгляд, но только заставил нас улыбаться ещё шире, наши плечи вздрагивали, пока мы смеялись. — В любом случае, та ночь изменила для меня всё, здесь, на задней веранде. Я понял, что с радостью опустился бы на колени, чтобы поклоняться тебе каждый день.
И с этими словами Уайатт снял шляпу и опустился на одно колено, отчего у меня замерло сердце. Осторожно, но всё с той же самоуверенной улыбки на лице, он достал маленький фиолетовый бархатный футляр, открыл его и показал красивое кольцо со сверкающим бриллиантом посередине.
Я ещё раз бросила взгляд на тропинку из бабочек, ведущих к Уайатту, и моё сердце замерло от этого зрелища.
Не забывай идти за бабочками.
