– Если ты хочешь сказать мне что-то важное, говори, – почему-то отвечаю шёпотом.
Сейчас я чувствую какую-то боль внутри, которая заставляет меня волноваться, поэтому моё сердцебиение учащается.
– Я не знаю, что сказать… – опускает глаза, и бормочет под нос "не могу, не могу, не могу".
Таких ситуаций у меня ещё не было. Это удивляет меня больше, чем я ожидала. Что обычно делают в таких случаях? Он сидит молча, дышит неровно, видно, что в данный момент потерян. Мы оба потеряны. Я решаюсь взять контроль в свои руки.
– Говори то, что чувствуешь, – умоляю я, в надежде, что сейчас Милан поведает какую-то тайну.
– Не хочешь спуститься вниз и расслабиться? – один шаг вперёд, три шага назад. Обидно, что он так и не нашёл смелости.
Не решаюсь произнести ответ вслух. Просто встаю и ухожу вниз. Вижу всех: Никки, её парня-лучшего друга, Джейкоба, Джереми, их девушек, и кучу знакомых со школы. Все они веселятся, рассказывают шутки, танцуют, просто разговаривают. Видно, что люди отдыхают, а не пытаюсь разобраться в запутанных делах. Думаю о том, как хотелось бы провести время также, и чувствую, как сзади кто-то берёт меня за руку. Этот голубоглазый, непонятный мне, красавец, тащит меня в толпу, которая двигается в такт музыке, подняв руки, и поёт вместе с исполнителем песни.
Милан ведёт меня в самый центр. Он улыбается, даже искренне, и я действительно не понимаю, что могло его заставить так быстро поменять настроение. Человек-загадка. Он отходит на несколько секунд, и возвращается с двумя стаканами в руках. Принёс мне какой-то напиток. Такой заботливый… Лучше бы, вместо этого, поговорил со мной как следует. Ладно, сейчас не об этом.
– Что это? – взяв стакан с какой-то розовой жидкостью, указываю на него же.
– Пунш, – одаряет меня улыбкой чеширского кота, в которую я почти влюбилась.
– Ты меня напоить вздумал? – конечно же, я пошутила. На лице Милана появляется возмущение, будто он спрашивает "За кого ты меня принимаешь?" и я начинаю смеяться. – Я же несерьёзно.
– Знаю, – и он подмигивает, дав понять, что не воспринял всерьёз мои слова. Я снова смеюсь, и причина моего смеха – человек настроения, стоящий напротив меня.
Я беру полный стакан пунша. Всё равно здесь не много. Значит, толку от него, можно сказать, не будет. Разве что, моё настроение может чуток подняться, и набраться каплю храбрости.
Он чокается своим стаканом с моим, и выпивает всё до дна, как и я.
– За что выпила?
– Эм… Просто выпила. А ты за что-то тип?
– Да, за твою внеземную красоту.
Не понимаю, шутит он, или пытается таким образом заигрывать со мной. Но это довольно-таки мило. Хотя, не могу сказать, что он считает также.
– Тогда, я пила за твою внеземную красоту, – и я подмигиваю ему, как обычно это делает он.
– И нет, чтобы придумать что-нибудь другое!.. – и его выражение лица просто неописуемо, видно, что слегка опьянел от пунша, и сейчас он выглядит ну очень смешным. Из-за его мимики я начинаю заливаться смехом, а Милан следом подхватывает своим. Я удивлена тем, что сейчас он такой несерьёзный. Вдруг, это мой единственный шанс хорошо с ним пообщаться?
Я плюхаюсь на диван, где никто не сидит. Все танцуют и поют. Они веселятся, и я рада этому. Нахожу в толпе Никки и Клэйва, эта парочка зажигает танцпол. На них никто не смотрит, кроме меня, но я чувствую, что все думают о том, что они самая лучшая пара. Милан усаживается рядом. Сначала смотрит на меня, а потом находит цель, которую я обнаружила несколько секунд назад.
– Почему они раньше не встречались? – действительно интересуется жизнью брата.
– Не находили смелости признаться друг другу в любви.
– Мой братец никогда не рассказывал о своих чувствах к Никки ни мне, ни родителям. Помню, сидели как-то за ужином, и его мама спросила, как продвигается общение между ними, так он встал со стола, сказал "спасибо" и ушёл гулять.
– Это, случайно, не в начале августа было? Тогда ещё была дикая жара.
– Тогда…
И я начинаю вспоминать день, когда Никки ушла вечером домой, а вернулась аж под утро. Это был жаркий летний день, который моя лучшая подруга провела с Клэйвом. Они гуляли по городу, шатаясь с одного места в другое. Помню, как она вдохновлённо рассказывала об их разговорах, о том, как он обнимал её ночью, пытаясь согреть, как она чуть не уснула на его плече… Мне стало грустно от того факта, что в моей жизни не происходит ничего подобного, и я действительно загрустила.
– Ты чего? – Милан поднимает мою голову, и смотрит в тусклые глаза, которые сейчас, вероятно, тёмно-синего оттенка.
– Да так, кое-что вспомнила, – вспомнила то, чего не было в моей жизни.
Он не находит ответа, и сидит, уставившись на меня. Мне становится неловко и очень душно. Обычно, я никогда не стесняюсь в подобные моменты. Только с ним моё поведение меняется полностью.
– Тебе идёт розоватость лица, так ты выглядишь куда лучше, – и я чувствую, что краснею ещё больше.
Мне часто делали комплименты. Но не те люди, от которых этого хотелось услышать. Поэтому, сейчас я рада, что это говорит мне не какой-то прохожий парень, а парень, который меня интересует.
