Я встаю на колени перед ним, укрываю пледом, как это, возможно, делал он ночью, чмокаю его в слегка порозовевшую щёчку, и ухожу на кухню. Здесь меня ждут Никки с Клэйвом.
– Как спалось? – спрашивает Клэйв так неожиданно, что я немного подпрыгиваю. – Йогурт? – он указывает на упаковку возле его руки.
Я киваю, не говоря ни слова, и сажусь напротив него. Никки делает шоколадные тосты.
– Спасибо, что убрала вчера с Миланом. Если бы не вы, мне пришлось бы спросонья всё делать самой.
– Это было полезно нам обоим, Никки. Нечего есть и не убирать за собой!
Я рассмешила подругу и её парня. Это меня радует. Если день начинается с удачных шуток, значит, он пройдёт на отлично.
– Почему Милан не встаёт? – интересуется Никки.
– Думаю, он не выспался.
Клэйв вмешивается так же внезапно, как Милан появился в моей жизни.
– Что ты имеешь в виду? – моя подруга смотрит то на меня, то на своего парня подозрительно недоверчивым взглядом.
– Санада просыпалась ночью, и Милан не мог из-за этого уснуть.
Он смотрит на меня пристально. Меня напрягает этот момент, но я осознаю, что обо мне сегодня ночью хорошенько позаботились, так что я не пытаюсь даже понять, что он имел в виду.
– Всё верно? – спрашивает Клэйв уже привычной для меня интонацией.
– Абсолютно верно!
Никки пожимает плечами, и продолжает готовить завтрак.
Через пару секунд в арке на кухне появляется Милан. У него растрёпанные волосы, но как не странно, бодрый вид. Я удивлённо глазею на этого заботливого парня, и зову его сесть рядом со мной.
– Тост? – Никки оживлённо протягивает его к Милану.
– Не смею отказаться от столь важного предложения.
Это звучит настолько восторженно, что Никки даже кланяется.
Завтрак проходит вполне спокойно. Все наслаждаются вкусной порцией омлета, а потом тостом с йогуртом. Всё настолько вкусно, что хочется есть, не останавливаясь. Никки превосходно готовит даже самые элементарные блюда. Как же я люблю её за это!
Под вечер все разъехались по домам. Я же, сидела в своей маленькой комнате, и обдумывала все прелести своей жизни. Я даже умудрилась написать статью для самой себя: "Если ты чувствуешь, что теряешь надежды и силы, если думаешь, что никак не подавить собственную неуверенность, если тебе всё кажется бесполезным, просто взгляни на людей, которые рядом с тобой. Самое главное – быть счастливым человеком с теми, кто дорог к тебе, и кто к тебе не безразличен. Жизнь прекрасна, ведь прекрасна ты, и твои близкие люди." Пару раз перечитав это, делаю глубокий вдох и просто наслаждаюсь домашней обстановкой. Здесь так хорошо, как ни в каком другом месте…
Прошло пол недели каникул. За это время я успела прочитать три книги, написать две статьи для газеты о том, как можно провести осенние каникулы, помогла маме сделать генеральную уборку дома, съездить со своей невероятной компанией в "Шоколадный дом" и приготовить вкусный бисквитный торт с яблоками и грушами. Через три дня мы уже заберём Эйвери и будем жить как новая семья.
– Милая, я хочу сделать тебе подарок, перед тем, как мы заберём Эйвери с детдома.
– Какой подарок, мам?
– В общем… у меня есть предложение. Поехать сейчас в то место, где твой отец занимался парашютизмом. Так как это совсем рядом, я могу поехать с тобой. Отвезу туда, где он был как дома.
– Мам, ты серьёзно?
– Конечно, Санни. Я хочу, чтобы ты поняла, почему твой папа так яростно любил прыгать с парашюта. Возможно, я услышу от тебя те же слова, что слышала от него, после очередного прыжка.
Я остолбенела. Не уверена в том, что готова на такой поступок. Мне нужно сейчас сделать серьёзное решение. Выбрать между преодолением страха и риском, который может стать моим хобби в будущем. Что-то заставляет меня выбрать второй вариант.
Быстро собравшись, и также быстро доехав до того самого места, я начинаю паниковать. Не представляю, как это может быть тяжело, оказаться на такой высоте, где все такие же люди, как и я, будут казаться муравьями.
Потратив часа два на беседу с инструктором, и на то, чтобы переодеться в подаренный отцом костюм, я уже нахожусь высоко в небе, готовлясь к "первому невероятному полёту в одиночку".
– Готова? – инструктор пытается перекричать шум вертолёта, а я закрываю глаза, чтобы подтолкнуть себя саму на адреналиновый поступок.
– Да! – кричу я.
