Могущественные силы перебросили попаданку после смерти в космическую империю далёкой галактики.
После разговора с дочерью Настя с трудом дошла до кровати и легла. Она сложила руки на груди и стала думать:
«Все-таки хорошо, что мне выпал такой шанс продлить свою жизнь. В обоих мирах я прожила почти шестьдесят лет. Да, иногда и на нашей улице бывает праздник!».
Она чувствовала, что жизнь покидает её. Уже охладели ноги, стали стынуть пальцы…
— Я готова принять свою новую судьбу! — Сказала Настя в потолок и улыбнулась… Потом она почувствовала, что поднимается над телом, с удивлением смотрела на свою тушку, лежащую внизу…
Насте были слышны все разговоры, она видела, как омывали её тело, как прощались с ним. Через сорок дней её потянуло куда-то вверх….
«Вот ты какой, северный олень!» — Подумала Настя, увидев светящийся проход. Она нырнула в него, но через небольшой промежуток времени оказалась в сплошной темноте. Вначале попаданка испугалась, но потом успокоилась. Раз она висит в непонятном месте, но мыслит, значит, существует!
— Вот это правильная постановка вопроса! — Над душой землянки вспыхнули красные глаза. — Так как вы переправлены из другой Вселенной сюда, так сказать, в целости и сохранности, то руководство решило продолжить эксперимент. Ваше сознание не будет стёрто, а перейдёт вместе с вами в человеческое существо, но в другой галактике. Вас направят в тело младенца. Согласны?
— Да! — ответила Настя. И провалилась в темноту…
Пробуждение было тяжёлым. Сознание выдавало всякую хрень. Но наваждение, наконец, прошло. Попаданка почувствовала тело. Оно было маленьким, и ничего не умело, кроме вбитых ему природой рефлексов. Попытка Насти осмысленно подвигать конечностями, ни к чему не привела. Руки и ноги просто не слушались, и действовали кто в лес, кто по дрова. Тогда Настя попыталась настроить слух. Звуки долетали до места назначения, но в слова не выстраивались. Постоянно присутствовал какой-то фон, мешающий настроиться на внешние раздражители. Тогда была проведена попытка открыть глаза. Удалась она с третьего раза. Настя помучилась с фокусировкой изображения, но сумела добиться результата. Перед ней было лицо какого-то мужчины. Он смотрел на Настю с каким-то трепетом и радостью. Попаданка стала думать, кто это может быть. Но мысли улетали, очевидно, взрослое сознание пока не приспособилось к телу младенца.
Настя попробовала открыть рот. Это удалось. хотя вместо осмысленных звуков из горла вырвалось только протяжное «А — а — а!». Настя почувствовала, что её куда-то понесли и положили. Она ощутила приятный запах еды, и рот автоматически схватил что-то круглое…
«Значит, пока я ничего не могу, кроме еды, сна и производства отходов. Придётся ждать взросления. Когда у нас девочки начинают говорить? По-моему, в полтора или два года…. До этого далеко. А зрение и слух у малышей, когда налаживаются?»
Перед внутренним взором Насти внезапно появилась страница руководства по уходу за ребёнком. Из неё она узнала, что полноценный слух у маленьких детей появляется через пять-шесть месяцев, а зрение становится нормальным через девять дней после рождения. Все цвета ребёнок различает уже через месяц.
Настя огорчилась.
«Ну, вот, полгода ничего не делать!».
Так как тело само, без вмешательства мозга, могло есть, спать и делать под себя, то Настя решила пустить всё на самотёк. Так прошло почти десять месяцев. Теперь Настя могла поворачивать голову, издавать возгласы удивления, огорчения, надувать губки… Руки и ноги тоже стали её постепенно слушаться. Никто не любит лежать в воде и грязи. Поэтому Настя стала голосом предупреждать тёток, которые следили за ней, о возможности «аварии на водопроводе и канализационной сети». Это вначале удивило, а потом восхитило женщин, которые постоянно находились рядом с Настей в одной комнате.
