А. Первое, что ты должен узнать, это что твое мнение может быть неправильным. Для начала я сам скажу тебе об одном ошибочном представлении. Этот мир не то место, как ты пытаешься себе вообразить, где все люди или только хорошие или только плохие. Они, во многом, такие, какими были на Земле. Во-вторых: твоя жена, которая перешла сюда несколько лет назад, находится в более высокой сфере, чем та, в которую ты будешь помещен, когда наконец приобретешь верное представление обо всем. Она не была равна тебе по уму в земной жизни, и не равна сейчас. Но ты на более низком плане, чем она, — потому что учитывается всё. Это второе, что ты должен принять, и принять
Глаза мужчины затуманились от слез, но он улыбнулся довольно приятно и грустно:
— Сэр, я чувствую, что вы — пророк.
А. Совершенно верно; и потому я скажу тебе еще об одном, что тебе придется принять: есть некто, кто присматривает за тобой всегда, кто всегда рядом, чтобы помочь тебе. Он пророк, или, скорее, провидец, как и я; и это он вложил эти слова в твой ум, чтобы ты повторил их мне.
Теперь лицо чужеземца стало мрачным. Он пытался получить верное представление о происходящем. Он спросил:
— Так это суетность, в ней моя вина?
А. Да, но суетность весьма сложного рода. Во многом ты мил и прост, и не лишен чувства любви, которая есть величайшая из всех сил. Но есть определенная жёсткость в твоем уме, скорее, чем в сердце, которую следует смягчить. Ты попал в привычную колею размышлений и должен выбраться из нее м посмотреть вдаль, или будешь топтаться на месте, как слепец, который может видеть. Есть некоторые вещи, которые ты видишь довольно ясно, а на остальные не обращаешь внимания. Помни, что изменить свое мнение перед лицом очевидности — это не слабость или отказ от убеждений, это признак честного ума. Вот что я еще скажу тебе: будь твое сердце таким же твердым, как твой ум, ты не бродил бы здесь в полях Господнего света, но в темных краях вон там, за теми холмами — далеко позади них. Теперь я объяснил тебе, друг, насколько смог, твой весьма сложный случай. Остальное сделает другой.
Б. Кто?
А. Тот, о ком я уже говорил тебе; тот, кто опекает тебя.
Б. Где он?
А. Скоро он будет здесь.
Было отправлено послание, и опекун встал рядом со своим подопечным, который, однако, был не способен увидеть его.
А. Вот, он здесь. Спроси его, о чем хочешь.
Мужчина смотрел, полный сомнений и беспокойства, и затем спросил:
— Скажи мне, друг, если он здесь, почему я не могу его видеть?
А. Потому что на этой стадии развития твоего ума ты слеп. Веришь ли ты мне, когда я говорю, что ты, в некоторых аспектах, слеп?
Б. Я очень хорошо могу видеть, и вещи, которые я вижу, совершенно ясны, и страна абсолютно естественна и прекрасна. Я не слеп. Но я начинаю думать, здесь могут быть другие вещи, настолько же реальные, которые я видеть не могу, но увижу однажды, наверное, но…
А. Ну-ка, остановись на этом и забудь про это «но». А теперь смотри, я возьму твоего опекуна за руку.
Он затем взял правую руку наблюдателя в свою, предложив мужчине смотреть внимательно и сказать, если он что-нибудь увидит. Мужчине показалось, он видит что-то вроде прозрачной формы, которая могла быть реальной, а могла и не быть, но без всякого сомнения была наверняка.
А. Теперь возьми его руку в свою. Возьми ее у меня.
Мужчина протянул руку, принял руку опекуна у руководителя и заплакал.
Тот факт, что он протянул свою руку по приказу руководителя, показывает, что во время их беседы он уже продвинулся и немедленно получил свою награду. Кто-то другой крепко сжал его руку на какое-то время, и понемногу мужчина стал четче видеть и чувствовать его более и более явственно. Потом руководитель оставил их одних. Скоро мужчина будет способен слышать своего опекуна, так же как и видеть, и, без сомнения, он теперь пойдет вперед — от усилия к усилию.
Это должно показать тебе, с какими трудными случаями нам приходится иногда иметь дело. Свет и густая тьма, человечность и холодность, слепая гордость — всё смешано воедино, и трудно разделить их с успехом. Но такие проблемы интересны и, когда справишься с ними, дарят труженикам огромную радость.
Руби шлет свою любовь и это послание своим родителям: «Верьте мне, мои дорогие, когда те, кого мы любим на Земле, совершают хорошие и добрые дела и думают, и говорят добрые слова, они немедленно передаются сюда, и мы используем их, чтобы украсить наши комнаты».
С помощью тех, кто сейчас первый раз с нами, мы собираемся попробовать дать тебе небольшое наставление об истинах Веры, какими они видятся нам по эту сторону Завесы.