Хозяйка с очередной порцией в руках вернулась на место и придвинула угощение ближе к гостю. Хотя и незваному. Гость по-настоящему оценил щедрость дома и, молча, навернув ещё пару пирожков с мясом, приступил к работе.
— Валентина, давно живёте в общаге?
— Уже больше двух лет. Я тут секретарем работала у начальника части, майора Рысева. И по совместительству — делопроизводителем. А муж был водителем пожарной машины в одном карауле с Кантемировым.
— Значит, соседа хорошо знаете?
— Нормально жили, — Валентина решила не брать грех на душу. — Пока часть не закрыли, и мы все не остались без работы. Местные тут же все разъехались. А нам, приезжим, куда ехать?
— Валя, про Кантемирова что скажешь? — майор посмотрел в глаза соседке. Женщина не отвела взгляд.
— Да я сама сегодня удивилась, что милиционеры за ним на двух машинах приехали. — Валя отработала больше двух лет в ВПЧ, была замужем за водителем пожарной машины, поэтому хорошо разбиралась в сотрудниках и спецтехнике. — На УАЗе наши приехали в форме и с оружием, из кузьмоловского отдела; а на Жигулях оперативники в гражданке из Челябинска. Наглые такие…
— Подожди, Валя. Какой Челябинск? — майор отодвинул от себя кружку и удивлённо повернулся к собеседнице.
— Они так и представились Кантемирову — за тобой приехал челябинский уголовный розыск. Да и документ про обыск я подписывала и видела — старший следователь челябинской прокуратуры. Валентин, я что слепая? Один из них, самый наглый, так смотрел на меня… Нахал! — Валентина пододвинулась к сотруднику. Опер переваривал полученную информацию и не обратил никакого внимания на тайные сигналы легко одетой молодой женщины.
— Говоришь — документ про обыск? А что искали?
— Слушай, майор Васин, я же тебе уже говорила — гранаты и пистолеты. Нож нашли на кухне.
— Какой нож?
— Острый! Мне этот нож иногда Лена давала — мясо резать. Красивый такой, с белой ручкой.
— А гранаты с пистолетами нашли?
— Валентин, ну откуда у нашего соседа пистолеты с гранатами? Он что их из Германии привёз? Он там прапорщиком служил. Лучше бы себе импортный телевизор купил.
— Подожди, Валя. Нож изъяли на общей кухне?
— Я так и говорю. Этот наглец сразу обрадовался и побежал в комнату протокол оформлять.
— А Кантемиров что?
— Что, Кантемиров? Куда ему деваться? Сразу признался. Он в наручниках сидел.
— В наручниках? — майор встал и прошёл к окну комнаты. С четвёртого этажа картина запустения пожарной части проявилась в полном масштабе. Заброшенная и заросшая территория… Вокруг лес… Валентина вскочила следом, подошла и кивнула на поржавевшие ворота под окном.
— Тимура сразу — руки за спину и в наручники. Кузьмоловские даже автоматы навели. А я рядом стояла, — молодая женщина вздохнула, хорошо понимая, что этого настоящего майора сейчас волнуют совсем другие дела. Валя, глядя в окно, спросила:
— Валентин, а наш сосед, — он, что, бандит?
— Похоже, так и есть, — задумчиво ответил сотрудник милиции и, вздохнув, добавил: — Будем разбираться. Валя, когда соседа задержали и куда повезли?
— Не знаю. Кузьмоловские поехали к себе в отдел, оперативники в сторону города. А задержали где-то около четырёх часов, я как раз с работы шла. Тимур сам к ним вышел, весь такой разодетый и при галстуке, — сообщила женщина и печально сообщила: — Я сейчас продавцом в ларьке у метро работаю.
— Понял, Валентина. Где у вас телефон?
— Пойдём, покажу.
— Валя, я сам. Говорю же — информация секретная. А мне наверх докладывать, — сотрудник для убедительности поднял глаза на потолок, показывая на какие верха предстоит доклад.
— Справа от двери на кухню. Там темно.
— Разберусь. И я пока не прощаюсь.
— Иди уж, майор. Работай, — тяжело вздохнула, в общем-то, не такая уж и склочная, женщина.
В тёмном закутке Жилин на ощупь набрал номер полковника Борцова.
— Максим Владимирович, докладываю — я пока в Медвежьем Стане, в пожарной части, где жил Кантемиров.
— Он дома? Проспал что ли? — сердито перебил полковник милиции.
— Никак нет, товарищ полковник! — по-армейски чётко ответил майор и продолжил: — Сегодня около четырёх часов на выходе с территории части Кантемиров был задержан сотрудниками челябинского уголовного розыска и сопровождён в наручниках обратно в комнату для проведения обыска.
— Вася, ну какая ёп, челябинская милиция? Какой обыск? Ты сам не пьян?
— Обижаете, товарищ полковник. Вы же хорошо знаете, что я на работе не пью. Мне сейчас соседка по этажу всё подробно рассказала. И про изъятый нож на кухне, и про протокол обыска, где она оставила свою подпись в качестве понятой. Интересная женщина. Кстати, её Валя зовут.
— Майор, подожди о бабах. И при чем тут кухонный нож?
— Вот этого не могу знать. Челябинские менты увезли Кантемирова в неизвестном направлении. Владимирыч, навскидку думаю, что это все отголоски хулиганской юности нашего сотрудника и гибели его младшего брата. Искали пистолеты и гранаты. Может быть, в самом деле, смог отомстить?
— Пипец! Только этого нам не хватало…, — вздохнул на другом конце провода Борцов. — Василий, а Кантемиров у нас официально уволен?
