— Перед Новым годом жена решила съездить с сыном на Урал к тёще. Мы с Леной выросли в одном посёлке, наши пятиэтажки напротив стоят. И мы всегда сообщаем землякам о поездках в родные места — передаём близким различные подарки. Я позвонил Блинкову, он привёз на Московский вокзал пакет для родителей и небольшой заклеенный свёрток. Сказал, что Ваня Маркин прилетал на сутки в Питер, купил и оставил запчасти для своего Мерседеса, чтобы Олег потом привёз на поезде. Якобы в самолёт не пустят. В тот день я только удивился, что Мара мне не позвонил, и мы не сходили в баню. Поэтому сказал бывшему соседу, чтобы Ваня сам подъезжал к вокзалу в Челябинске и встретил Лену. Что он и сделал. Оказалось, в этом свёртке были боевые гранаты РГД-5. Четыре штуки. Через месяц одну из гранат метнули при разборках с другими бандитами. Есть раненые и контуженные. Вот и всё. Поэтому в моей комнате общежития искали пистолеты и гранаты.
— Откуда про гранаты узнал? — откинулся на стуле Князев.
— От челябинского следователя, — ответил Кантемиров и через стол приблизился к собеседнику. — Я уральским сотрудникам условие поставил — они мне показывают явку с повинной, а я не требую адвоката и отдельную камеру, как бывший сотрудник ВПЧ-23 МВД СССР.
— Сам придумал про МВД? — усмехнулся Князев.
— Почему сам? У вас моя трудовая, почитайте внимательно. Байкеев, это старший следователь челябинской областной прокуратуры, верхушку текста свернул и продемонстрировал мне показания местного стукача. Аккуратно и грамотно всё написал, гадёныш. Поймать бы его на посёлке…
— Подожди, Тимур. Получается, что кроме этой явки с повинной у челябинских сотрудников на тебя ничего нет?
— Финку изъяли, — вздохнул законопослушный гражданин Кантемиров.
— Какая ещё финка?
— Острая, — Тимур ещё раз вздохнул и пояснил: — Красивый самодельный нож. Ещё когда в дознании работал, изъял у одного бизнесмена и себе оставил. Хранился на кухне в выдвижном ящике стола. Лена им мясо резала и, видимо, забыла взять с собой в Гатчину. Челябинский опер нашёл, оформил и приобщил к делу. Я признался, что нож мой. Вчера вещдок отправили на экспертизу.
— Изъяли на общей кухне общежития?
— Да. Соседка Валя была понятой.
— Жилину понравилась твоя Валентина, — улыбнулся Алексей Павлович. — Мы тебя со вчерашнего вечера ищем. С телевизором в ИВС сам придумал?
— Сам, — признался Кантемиров. — Подумал, что этот лысый Романенко давно в прокуратуре работает и вас наверняка должен знать.
— В точку попал. Сергей Петрович — мой бывший наставник. Я начинал работу с Калининского отдела.
— Надо же, — Тимур задумался. — Тесен мир.
— Что будем с тобой делать?
— Алексей Павлович, главное, чтобы меня за Урал не этапировали.
— Сам же говоришь, что у челябинских на тебя ничего нет.
— И быть не может, гражданин начальник. Я никого не убивал и оружием не торговал. Думаю, следователь Байкеев уже начал сам догадываться. Им ещё надо Олега Блинкова установить и задержать.
— Тимур, знаешь, где Блинков живёт, — Князев перешёл к делу.
— Знаю. Алексей Павлович, челябинские опера изъяли записную книжку. С собой была в кармане пиджака. Там все номера телефонов, включая, рабочий ваш и Жилина.
— Ни хрена себе, конспиратор.
— В блокноте вы записаны как Леха, а Жилин — Васёк. И все цифры «3» исправлены на «5» и наоборот.
— Не понял.
— Вместо «3» набираем «5», вместо «5» набираем «3».
— Хитро. Сам придумал?
— Один комитетчик научил. Который меня в 88-м в Дрездене чуть не посадил за валюту.
— Тимур, надо было тогда ещё тебя сажать, — ухмыльнулся Князев.
— От души, Алексей Павлович. Это вы приказали меня с дубинкой вывести?
— Решил поддержать твой имидж. От души — чего? Не понял.
— Гражданин начальник, это мы, опытные каторжане, так благодарим друг друга. В камере слово «спасибо» звучит не совсем вежливо. «От души» и означает — спасибо тебе большое, братан, — улыбнулся сиделец.
— Интересно вас жизнь учит, товарищ лейтенант милиции.
— Мне уже погоняло дали — Студент.
— Догадываюсь, почему тебя наградили таким псевдонимом, — советник юстиции посмотрел на собеседника. — А теперь к делу, Тимур. Твой посёлок Медвежий Стан — это Всеволожский район?
— Так точно.
— Тогда в районном отделе в отношении гражданина Кантемирова, бывшего пожарного, временно безработного, организуем уголовное дело. Детали потом продумаем, а пока хотя бы твой нож прицепим. И ещё пару статей до кучи. Хотя у тебя и так и всё красиво — бандитизм, убийство и торговля оружием. И на этом основании влепим тебе тридцать суток по президентскому Указу и оставим здесь. Что скажешь, Студент?
— Алексей Павлович, тогда мне надо обязательно на Кресты попасть. УВД Курортного района отправляют своих только в изолятор на Лебедева. Мало ли с кем из знакомых оперов или следователей случайно встречусь.
— Понял. Сам в дознании никого не успел арестовать?
