Это место не было похоже на цветочную поляну со «станции Мир», это было нечто совсем другое. Воздух тут был опьяняюще сладким, безупречное, синее небо делили блестящие радуги, с цветка на цветок порхали птицы и огромные цветные бабочки, на одном из холмов мы заметили белые построения и незамедлительно направились в их сторону. Это были безупречные дома с прекрасной обстановкой, словно они только нас и ждали. Я не стал говорить людям, чтобы они были осторожны и ждали какого-то подвоха. Они слишком были вымотаны и уставши, и было бы непростительным сейчас сказать им, чтобы они сидели под одним деревом и ничего не трогали, и не смотрели по сторонам.
Да я и сам, если честно с огромным удовольствием зашёл в один из домов, рухнул на диван, закрыл глаза и казалось проспал целую вечность. Может быть мы случайно выбрались в реальный мир и теперь вся наша жизнь будет прекрасна? Но почему же мой мозг не хотел это воспринимать? Что-то в голове пульсировало маленькой красной кнопочкой, которая постоянно твердила: опасность, опасность, опасность.
Внезапно, открыв глаза передо мной возник не шикарный домик на холме, а какая-то чёрная серая лачуга, усыпанная костями и каким-то мусором. Через выломанный дверной проём было видно, что на улице идёт какой-то грязный дождь.
– Что? – воскликнул я, вскочив с дивана. И тут же снова очутился в маленьком уютном домике. До меня начало доходить.
– Это ведь иллюзия! Правда? – проговорил я вслух. – Это, как с дождём на границе сектора Г. Если глаза видят, то все остальные чувства воспринимают это, как настоящее.
Так, ладно, я это вовремя понял, теперь нужно объяснить остальным людям, что всё это обман. Нужно незамедлительно покинуть это место, чтобы остаться в живых. А если они меня не будут слушать, смогу ли я их бросить на произвол судьбы?
Я вышел из светлого домика, который оказался верхом совершенства и оглянулся на него. Всё казалось таким реальным, что, наверное, создатели этого сектора безумно гордились собой. Я видел, как люди блаженно бегали от одного домика к другому, рвали с деревьев фрукты и беззаботно радовались этому открытию в их жизни. Что я мог сказать такого, чтобы они поверили, что мечта всей их жизни также иллюзорна, как и прошлая жизнь? Что нам придётся всё это оставить, чтобы продолжить свой трудный путь. А ещё я помнил один небольшой нюанс, о котором говорила Дэя. Выход в реальный мир находился, кажется в каком-то разрушенном месте, которое нам ещё предстоит найти. Точнее, найти мне. И если Сумах согласиться мне помочь, это было бы просто идеально.
Стоя на поляне из огромных ярких цветов, которые благоухали так что, голова кружилась, как от сильного наркотика, я взглядом выискивал такое знакомое лицо картографа. Странно и куда он мог подеваться?
Я нашёл его сидящим под одним из фруктовых деревьев и внимательно изучавшего книги-карты, которые были разложены возле него.
– Привет. – честно, я не знал с чего вообще начать разговор. Он был моей последней надеждой, через которую я мог бы донести правду до людей.
– Дэй. – неловко произнёс он. – Кажется, всё намного сложнее, чем мы думали. Ведь если смотреть на эту ситуацию логически, то мы не должны здесь оставаться.
Признаться, я был рад услышать от него именно эти слова.
– Да, Сумах, мы так и не выбрались. Это седьмой сектор. Тот из которого теоретически вообще нельзя выбраться.
– Я это понимаю, где-то глубоко в душе. Но мои глаза, мои чувства, они полностью сопротивляются разуму. Ведь это идеальный мир. Как же так?
– Тут все просто. Это иллюзия. Помнишь, как с тем дождём на границе района Г и первого сектора? То, что мы видим вокруг, на самом деле не существует.
– Если это всё не настоящее, тогда что скрывается под этим прекрасным видом?
– Ужас и смерть.
– Откуда ты знаешь?
– Ты же в курсе, что я не человек. Так вот, на самом деле, здесь ничего нет, кроме каких-то серых развалин, и человеческих останков. Тут горы скелетов. Мы ходим по ним, лежим на них, и абсолютно не чувствуем, не видим. А ещё моросит какой-то странный вонючий дождь.
– Дождь?
– Да. Я думаю, что он не очень-то благоприятен для вашей кожи. Сумах, я пришёл к тебе за помощью.
– Я догадываюсь. Ты хочешь, чтобы я помог донести истину до людей, и мы двинулись дальше?!
– У нас нет другого выбора.
– Они нам не поверят.
– Не можем же мы бросить их всех здесь на верную гибель!
– Хорошо, допустим, но вывести всех, это у нас сейчас не главная задача.
Я удивленно поднял бровь и пристально посмотрел в лицо картографа. Что он имеет в виду? Разве жизни не должны быть на первом месте? Вероятно, на моём лице так четко отпечатывались все эмоции и мысли, которые я в это время испытывал, что Сумах помог мне.
– Для начала нужно найти выход.
– А, чтобы найти выход нам нужна книга-карта этого сектора. – подытожил я.
– Дэя говорила тебе что-нибудь о выходе?
Я уселся рядом с ним под деревом, в надежде, что тот странный дождь, которого мы не видим, просто не попадёт на меня под широкой кроной.
