Он подошел к трюмо. Из зеркала на него смотрел преуспевающий сорокалетний мужчина с умными и немного насмешливыми глазами. "Пожалуй в жизни я выгляжу много лучше", - с удовлетворением отметил он, сравнив свое отражение с фотографией во вчерашней субботней газете, где вовсю пелись дифирамбы ему, президенту довольно солидного благотворительного фонда.
А.Аливердиев, М.Хуршилова
Жизнь за жизнь
Он подошел к трюмо. Из зеркала на него смотрел преуспевающий сорокалетний мужчина с умными и немного насмешливыми глазами. "Пожалуй в жизни я выгляжу много лучше", - с удовлетворением отметил он, сравнив свое отражение с фотографией во вчерашней субботней газете, где вовсю пелись дифирамбы ему, президенту довольно солидного благотворительного фонда.
Он чувствовал, что важен и нужен многим людям, и это весьма приятно. Как и то, что если каждому человеку действительно держать ответ перед Богом, то ему будет что сказать... Но об этом еще рано думать. Впереди его ждут золотые горы: светские приемы, шикарные курорты, любимая работа, счастливая семейная жизнь с молодой и красивой женой... Он добился всего, о чем мечтал.
В дверь постучали. Он нахмурился. Внезапно ему показалось, что по комнате прошел ледяной ветер. Сердце болезненно сжалось. Он двинулся было к двери, но нахлынувшая волна необъяснимого животного ужаса заставила его остановиться. Он и сам не мог понять, что его пугало. Разве что неизвестность. Кто бы это мог быть? Жена должна была вернуться от тещи только завтра. Няня малыша ушла полчаса назад. Два его лучших школьных друга, будто сговорившись, умерли в этот страшный високосный год, а новых друзей, которые могли бы прийти так, без звонка, он так и не завел. Подруги? Он усмехнулся. Значит... Да нет, не может быть: у подъезда дежурят...
- Кто там? - спросил он наконец.
Не дожидаясь ответа, он распахнул дверь и невольно отпрянул назад, едва не ткнувшись носом в оскаленную тигриную морду.
- Я инспектор из горгаза, - прозвучало откуда-то сверху.
Облегченно вздохнув, он сказал:
- У нас с газом все в порядке.
А сам вскользь подумал о том, что пора лечить нервы: уравновешенные люди не шарахаются от рисунков на футболках.
- Я должен сам удостоверится, что все исправно, - сказал незнакомец, глядя на него сверху вниз потому свысока.
Он не любил, когда на него так смотрят и вообще не любил таких молодых самоуверенных типов, как этот то ли студент-выскочка, то ли наемный убийца. И все же он пожал плечами и сделал приглашающий жест.
Мягкой кошачьей походкой незнакомец, облеченный во все черное, скользнул в коридор, и когда дверь захлопнулась снова улыбнулся - хищно, как нарисованный тигр.
От этой улыбки у него по спине побежал холодок. "Возьми себя в руки, мысленно приказал он себе. - Это всего лишь инспектор из горгаза. Потому его и не задержали, хотя на вид он - охламон охламоном.
А инспектор тем временем неспешно двинулся по коридору, окидывая окружающее взглядом оценщика на аукционе.
"Залетела ворона в высокие хоромы," - подумал он глядя на парня, миндалевидные зеленые глаза которого то ярко вспыхивали, то вновь гасли. "Не привык, видно, к такой обстановке... Что ж, пусть любуется." Он снисходительно улыбнулся.
И в этот момент "инспектор" резко развернулся и выбросил вперед руку. Не успев даже удивиться, он отлетел к стене. Следующий удар заставил его рухнуть на пол.
Молча и невозмутимо незнакомец ждал, когда он поднимется на ноги и его глаза, превратившиеся в узкие щелочки, еще больше походили на кошачьи.
Он рванулся к телефону. Лжеинспектор не сделал ничего, чтобы остановит его, но трубка выпала из его рук и рассыпалась в пыль.
- Кто ты? Что тебе нужно? - прохрипел он севшим голосом.
Незнакомец молчал, и это было страшнее, чем если бы он начал вдруг рычать и шипеть.
Он направился к двери. Кир (так звали "инспектора" знакомые) бесстрастно наблюдал за тем, как этот солидный мужчина трясущимися руками тщетно пытается открыть замок, как долго и настойчиво колотит в бронированную дверь, выкрикивая какие-то бессвязные фразы.
Кир был доволен собой. Ему нечего было бояться: охранники ничего не услышат и не увидят, как это было и тогда когда проходил мимо них.
Потом Кир медленно и почти лениво двинулся к нему. Как же долго он ждал этого момента... Кир знал об этом человеке все. Многие годы он был его незримой тенью. Он помнил все его промахи и удачи, взлеты и падения. Уже несколько раз Кир подходил к роковой черте, но каждый раз останавливал себя. Кир ждал, когда его поднимется как можно выше, чтобы ей было что терять и о чем жалеть.
- Что тебе нужно? - снова спросил он, с ужасом глядя на то, как перекатываются бугры мышц под кожей этой зеленоглазой бестии.
- Твоя жизнь, - коротко ответил Кир.
- Зачем? Я заплачу тебе... Столько, сколько ты пожелаешь.
Кир отрицательно покачал головой.
- Жизнь за жизнь.
- Ты сумасшедший.
- Нет. Я возьму у тебя лишь то, что ты взял у меня.
Он нервно рассмеялся.
- Я впервые тебя вижу. У нас не может быть никаких счетов. К тому же тебе не выйти отсюда живым. Понимаешь?!
Ответом ему был сокрушительный удар в грудь. Железные пальцы пробили грудную клетку и вытащили еще трепещущее сердце.
Волна боли, волна темноты, вспышка света - и вот он, теперь прозрачный и невесомый, стоит рядом со своим телом, распростертым на паркете.
Его захлестнуло отчаяние. Он ведь так хотел жить, и он был так нужен здесь...
