Второе, — Горкалов говорил медленно, тщательно взвешивая каждое слово, — наш противник не обладает техногенной мощью, сравнимой с накопленным потенциалом Человечества. Только такой расклад оправдывает сегодняшнюю акцию. У них был всего один корабль, и эти существа, используя фактор внезапности, а также преступную халатность некоторых высших чинов генералитета, произвели атаку, целью которой было расчленить Человечество и захватить образцы снабженной программным обеспечением боевой техники, хранящейся на базах РТВ. Первое им удалось, попытка захвата машин была пресечена. Направление атаки на центр города показывает, что им известно о существовавшей двадцать лет назад Конфедерации Солнц и ее боевом резерве. Эта часть их акции также не увенчалась успехом.
И, наконец, третье, — не касаясь мотивов враждебных действий, а принимая к рассмотрению лишь ставшие уже известными факты, я могу предположить, что уничтожение «Орфея» поставило противника в затруднительное положение — у него нет кораблей, посредством которых он может нанести удары по остальным, не ключевым системам Человечества, но, по данным анализа, становится ясно, что эти существа получили доступ в наше пространство через древние, давно забытые стационарные системы гиперпространственной транспортировки, приемники которых расположены на неосвоенных территориях Сферы Дайсона. Исходя из этих посылок, нетрудно просчитать следующий шаг противника — им будет массированная атака на человеческие поселения Сферы, с целью захвата космических кораблей, оснащенных гипердрайвом. Если данная акция увенчается успехом, то Человечество будет поставлено на грань физического уничтожения, — в сложившихся условиях потери межзвездной связи мы не сможем предугадать, по какому из двухсот семнадцати миров будет нанесен очередной удар, а противник, более не ограниченный в пространственном перемещении, станет неуловим.
Горкалов на минуту прервал свою речь. Ему было тяжело говорить. Он слишком хорошо понимал, как много сейчас зависит именно от них — людей, которых, как он надеялся, собрала на этой площади не паника, а осознанное желание противодействия обрушившейся на Человечество беде.
— Я прошу каждого из вас подумать и сделать свой выбор, — глухим, чуть надтреснутым голосом произнес он. — Я принял на себя командование вновь формирующимися подразделениями Конфедерации и собираюсь востребовать назад все боевые машины с баз РТВ Элио, с тем чтобы, пользуясь доступным межзвездным транспортом, совершить прыжок на координаты Сферы Дайсона. Со мной пойдут только те, кто сделает это добровольно. В Сферу, по моим данным, продано солидное количество машин класса «Фалангер», и эта акция сопряжена со смертельным риском. Полагаю, что расклад сил будет в пользу тройного перевеса механизированных соединений противника, но в стремительности наших действий кроется единственный шанс остановить врага и дать возможность специалистам по ксенобиологическим формам жизни выяснить причину противоречия между нашими цивилизациями и предпринять попытку мирного выхода из сложившейся ситуации.
Горкалов на секунду умолк, а затем добавил:
— Те, кто решит влиться в состав формируемого механизированного батальона, пойдут на смерть, господа. Решение за вами. На размышление даю минуту.
Произнеся это, он отвернулся, глядя на далекие и бледные отсветы затухающих пожаров.
Первым из строя выступил Лерватов, за ним этот шаг повторили Шейла Норман и Скляр. Потом вперед, вместе с майором Шерманом, выступило еще несколько человек, среди которых, к удивлению Горкалова, оказался и Джон Шефорд, а уже за ним вперед шагнул весь строй, до единого человека.
Последним сделал шаг вперед тридцатитонный «Хоплит», которым управлял лейтенант Сокура.
Генри Валерайт добрался до космического порта, когда там уже закончилась зачистка. Он понятия не имел, кто и зачем обрушился на Элио, — в данный момент его интересовал лишь космический корабль — его личный транспорт «Игла», класса «Элизабет-Сигма», который накануне готовился к старту в одном из терминалов порта.
К неописуемому облегчению Генри, его корабль не только уцелел, но даже не был поврежден, хотя, как он справедливо предположил, о предстоящем рейсе надлежало забыть, — в том бардаке, который воцарился на территории пылающего мегаполиса, нечего было и думать, что его клиенты придут к назначенному времени старта. Более верным ему казался шанс, что удастся неплохо подзаработать на потоке эмигрантов, который наверняка теперь хлынет с Элио на иные миры.
Успокоившись на этой мысли, Генри стоял на ступенях трапа своего корабля, когда стеклобетон стартовой плиты заметно вздрогнул от тяжелой поступи чего-то огромного, обладающего неизмеримой мощью и чудовищным весом.
Обалдевший от своих переживаний хозяин «Иглы», открыв рот, смотрел, как из-за приземистого здания ближайшего терминала на погрузочную площадку перед его кораблем выходят четыре шагающие боевые машины — эти самые жуткие монстры, которые накануне ночью превратили в горящие руины несколько кварталов города-мегаполиса.
