В основу повести «Жизни и судьбы» положены реальные события из жизни моих родителей, отца Жгун Петра Григорьевича и матери Жгун Марии Ивановны, а также ближайших родственников и знакомых. Это документальное произведение в своей основе, ибо описанные события подтверждены некоторыми сохранившимися документами и фотографиями. В процессе написания, оно отлилось в художественную форму. В повести наряду с фактами, присутствуют некоторые элементы вымысла, так как многие события стерлись из памяти или вовсе были неизвестны автору и их пришлось домысливать.
Посвящается моим внукам и правнукам
Петр приехал в отпуск после довольно долгой разлуки со своими родными.
Тихвин встретил его знакомыми с детства запахами свежевыпеченного хлеба, вареной картошки в мундире, и квашеной капусты. И все теми же низенькими избенками, тянувшимися по обе стороны дороги от вокзала до дома.
Целых десять суток трясся он в железнодорожном вагоне от самого Забайкалья, куда был призван на службу 30 октября 1931 года.
По окончании ее в 1934 году начальство предложило ему продолжить службу, остаться на сверхсрочную. Петр дал согласие, и его направили на курсы по вождению танка.
Успешно окончив курсы, он возвратился в свою часть, и его сразу же назначили механиком танка.
Проявив себя с хорошей стороны – отлично знающим свое дело, честно и добросовестно выполняющим свой воинский долг, Петр уже через шесть месяцев получает звание командира танка, и командование направляет молодого командира для дальнейшего прохождения службы в распоряжение Ленинградского Военного Округа. В январе 1935 года ему дают месячный отпуск.
Петр слева, рядом механик. Сзади стоит водитель танка.
Петр был рад встрече со своими родными, отцом и матерью, после довольно долгой разлуки; соскучился он по родному дому и городу.
Приехал он не один, а с молоденькой женой, которая была почти на девятом месяце беременности и, которую он, мыслил оставить на время у родителей, пока она не разрешится.
По предписанию, к месту своего назначения он должен был явиться 15 февраля 1935 года. Впереди был почти целый месяц заслуженного отдыха в доме среди родных и близких людей.
Петр не писал родителям о своем новом назначении, не писал и про отпуск, и о том, что женился. Его приезд был сюрпризом для родителей.
И сюрприз был настолько неожиданным, что несколько омрачил радость встречи с сыном и вызвал даже в их душе обиду. Его женитьба была, как снег на голову.
Особенно не довольна женитьбой сына была мать – жениться невесть на ком, без родительского благословения, привезти в дом жену издалека, неизвестно какого рода, когда здесь, в родном городе, они давно присмотрели для него невесту из хорошей, добропорядочной семьи и даже полюбовно договорились с родителями невесты, что как только вернется Петр, поженят их. И вот на тебе! Любимый сынок выкинул такой фокус!
Этого Надежда Викторовна не могла ожидать от своего сына. Винила же она не его, а его жену, ибо, по ее мнению, та во всем была виновата:
Это она, вертихвостка, окрутила сына, влюбила в себя так, что он потеряв голову, женился.
А Мария вовсе не была вертихвосткой. Петр ей понравился с первой их встречи, когда они случайно столкнулась в дверях. Он пришел к ее брату с депешей из штаба. Молодой курсант-танкист тоже сразу, с первого, как говорится, взгляда – влюбился. Их глаза встретились и мгновенно, словно электрическая искра пробежала между ними, и воспламенилась в их сердцах. Это была судьба и она, казалось, поджидала их у дверей квартиры командира батальона, Федора Ивановича Елисеева, поджидала, чтобы познакомить и соединить их на всю жизнь.
Мария была пятым ребенком в семье Ивана Елисеева, крестьянина-середняка.
Родившись на несколько минут раньше своей сестры Тамары, она и по жизни потом во всем преуспевала, обгоняя свою сестру. Сестры были так похожи, что иногда и родная мать путала: которая из них Мария, а которая Тамара.
Единственное, чем они отличались, так это характером. Мария была трудолюбивой, старательной и очень охочей до учебы, чего нельзя было сказать о ее сестре.
