Разве тебе не хочется путешествовать, узнавать новое, встречаться с известными людьми или самой как-то прославиться? Ведь жизнь в таких ограничениях и сама становится ограниченной!
Зато в моем сердце она занимает много места. Если таково предназначение человека, ему следует полюбить жизнь в подобных условиях.
Мне такого не надо, говорит она. Моя жизнь будет совсем другой.
Что ж, прекрасно, а теперь переделай все стежки.
Вещи уложены. Волосы причесаны, надеваю шляпу и перчатки. Дети ушли, чтобы избежать сцены прощания.
Я: Всего тебе наилучшего, Пэдди.
П:…
Я: Я предупреждала о своем отъезде, а ты ни коим образом не подготовился. Кто теперь будет присматривать за детьми?
П:…
Я: Пусть тебя и судили за то, что ты оставлял Марию и еще одну сестру за старших, но Мария была мудра не по годам. В отличие от Шарлотты.
П:…
Я: Пэдди, да не молчи же ты! Мне пора ехать. Я и так надолго оставила свой дом и кошку.
П:…
Я: У тебя никого больше нет?
П:…
Я: И нет денег, чтобы нанять прислугу, верно? Найти новую жену ты пытался, но безуспешно. А наследство моей сестры? Сумма была немалая. Все промотал?
Пэдди с беспомощным видом смотрит по сторонам, как бы пытаясь найти потраченные деньги.
А как же моя жизнь, Пэдди? – мысленно добавляю я. Ты и этого меня хочешь лишить? Я не готова быть в твоем доме вечной гостьей, жить в гробу, оставшемся от сестры. Я и так уже многим ради нее пожертвовала – с меня хватит.
В этот момент прибегают дети: раскрасневшиеся, тяжело дыша и перебивая друг друга, рассказывают о том, как отправились в чащу леса и встретили там монстра.
И резко застывают.
Ты еще не уехала, удивляется Эм.
Теперь я буду для вас матерью, говорю. Идите сюда, обнимемся. Теперь я ваша мама.
Брен танцует джигу. Лотта наблюдает за ним через монокль: брат пляшет на холме, широко раскидывая руки, волосы спутались и торчат во все стороны.
Он кричит в гарнитуру: Бренуэлл Бронти – мастер всех предсказаний!
Брен не до конца понимает, что значит быть шпионом.
Ты опять говоришь о себе в третьем лице, напоминает ему Лотта.
Потайное место Лотты – в зарослях кустарников, неподалеку от места для пикников.
Здесь можно добыть много секретных сведений, не то что на холме у Брена.
Операция по спасению Похищенных сестер – прекрасных девочек с волосами из чистого золота – в самом разгаре. Сестры, то есть Мария и Элизабет, сбежали из башни, куда их еще давным-давно заточили Злобные гиганты с целью выдать замуж за уродливых дряхлых сыновей Бессмертного короля Мрачноландии. Шпионы довольны ходом операции. А вот штаны Бренни, все в пятнах от земли и травы, пребывают в крайне неудовлетворительном состоянии.
О результатах папе докладывает Брен, ведь только ему разрешается входить в папину спальню-кабинет. Чтобы изучить отчет о Бенедикте Арнольде, Этель Розенберг, Олдриче Эймсе и других кембриджских шпионах (по шпиону на каждого), отец садится за стол, высокий и широкий, прямо как он сам. Папа крупнее всех остальных мужчин, и голос его звучит громче.
Лотта подслушивает через стену, закипая от гнева: в докладе Брена недостаточно информации! И папа вынужден его исправлять!
Когда она была младше, папа застал ее в слезах и рыданиях.
Так нечестно! Я самая старшая! Это я должна приходить к тебе с ежедневным отчетом! Папа, он все время ошибается! И всех остальных выставляет дураками!
Сколько в тебе страсти, Лотта, сказал отец. Непонятно, звучало ли в его словах одобрение. Так, может, разрешим Бренуэллу чаще практиковаться, если в его отчете действительно много ошибок? И тогда он исправится.
Но мы выяснили намного больше, чем он! – воскликнула Шарлотта, топнув ногой. Он не докопался до всей правды.
Вся правда иногда скрыта глубоко-глубоко внутри, ответил папа.
Я бы не стала ее прятать.
Не такой я бы хотел тебя видеть, сказал папа.
А какой же? – неохотно спросила Лотта.
Добродетельной. Вот какой.
Нет во мне ничего доброго! – заявила она.
Вот именно, откликнулся папа, и разговор был окончен.
За рисованием можно шпионить сколько угодно. Смотришь на всех с карандашом в руке, и как будто так и надо. Сейчас они в музее, делают наброски диорам. Эм рисует тропический лес. Из-под листьев проступают самые высокие здания в мире, часть Стеклянного города, где родились Ангелы света, и у них четыре имени, по одному на каждую сторону: Шарлемань, Бренкаччо, Эммелина и Антидот. Они готовы вступить в бой со Злобными гигантами, коварными правителями Мрачноландии. Эм рисует хрустальные тропинки и бриллиантовые дорожки, совсем позабыв о муравьях и казуарах, и вскоре диорама целиком превращается в Стеклянный город, сотканный из света. В верхнем углу, куда не дотянуться, порхают Похищенные сестры в платьях из тонкого шелка.
