– Ладно. Кваме, Натан, позже поговорим.
Кваме растворился в воздухе.
Ястреб подождал и с натиском повторил:
– Натан, до свидания!
– Ой, да. До свидания. – Натан тоже исчез.
Меня всё ещё одолевали кошмарные видения Ястреба, сражающегося с закутанным в плащ Жнецом. Они кружили, мечи сталкивались – и вот клинок Жнеца достал палец Ястреба. Легчайшее касание, но этого было достаточно. Жнец стянул капюшон, обнажившийся под ним череп оскалился в усмешке, а Ястреб поблек и растворился.
Звук голоса Ястреба вернул меня к реальности.
– Идея сделать из тебя приманку для Жнеца не годится, Джекс. Это слишком опасно. Я сам выманю его из укрытия.
– Нет! – резко ответила я. – Если мне слишком изображать приманку, то тебе и подавно. Жнецу достаточно царапнуть тебя, чтобы удалить из Игры. От Ястреба останется лишь пустая оболочка в контейнере.
Ястреб пожал одним плечом.
– Я смогу продержаться довольно долго, чтобы Игротехники определили личность Жнеца. А если убью его раньше, тем лучше.
Он рассмеялся, но мне было не смешно. Я вспомнила, как Ястреб говорил на другом пляже реального мира, что столкновение героя с богом обычно плохо заканчивается для героя.
Ястреб снова помрачнел.
– Прости, Джекс. Ненавижу говорить такое, но тебе надо разморозиться из Игры. Прямо сейчас.
– Что? Нет!
– Теперь этот пляж небезопасен. Жнец может прийти, стереть тебя из Игры и…
Ястреб на секунду замолчал, но снова продолжил.
– Я не переживу этого, Джекс. Ты должна разморозиться и оставаться в офисе Едзакона в безопасности, пока я не разберусь со Жнецом.
– Да не буду я торчать в Едзаконе и ждать вестей о твоей смерти! Жнец, наверное, поступит по-умному и будет отсиживаться в укрытии. Это может растянуться на годы, даже десятилетия!
– Не может, – ответил Ястреб. – Я буду приманкой. Выманю ублюдка. И мы его возьмём.
– Нет! – Я скрестила руки на груди. – Никуда я не уйду. Если Жнец узнал, что я на Ганимеде, поменяю игровую внешность и спрячусь в другом мире.
Но как только я это сказала, до меня дошло, что такое сработает, только если я буду держаться подальше от Ястреба, устранюсь от охоты на Жнеца, переберусь подальше от Ганимеда и поставлю крест на сереброволосой Джекс. У меня будет другое имя и внешность. И что останется? Может, и правда, лучше выйти из Игры. По крайней мере, я буду с Натаном, смогу разговаривать с Ястребом и продолжу преследование Жнеца.
– Слишком поздно. Ты не сможешь спрятаться, – ответил Ястреб. – Он отслеживает меня. Ему, наверное, уже известен твой идентификационный номер, поэтому в Игре он выследит тебя где угодно.
Он помолчал.
– Тебе придётся разморозиться, Джекс. Как только я расправлюсь со Жнецом, ты снова войдёшь в Игру. В билле Либрука Эштона отдельно указано, что любой вошедший в Игру, официально считается взрослым, поэтому ждать до девятнадцатилетия не придётся. Поживёшь в Едзаконе с Натаном, пока…
Раздался мелодичный звонок, и Ястреб застонал.
– Я должен отправляться на собрание Игроков-основателей и сообщить о планах нападения на Небеса. Провожу тебя до дома, под охрану Игротехников, до моего возвращения. Тогда и договорим.
Я не хотела домой, но Ястреб без меня не ушёл бы, а опоздать на встречу он не мог. Ему предстояло мучительное выступление перед семьёй.
Мы дошли до моего дома. С самого детства я мечтала о нём. И не могла позволить Жнецу отобрать у меня мечту и вышвырнуть из Игры. А ещё оставался Ястреб. Между нами и так зияла пропасть, а с каждым днём разлуки она будет только шириться.
– Я подожду в доме до твоего возвращения, – сказала я, когда мы вошли, – а потом поговорим, как лучше разрулить ситуацию. Ты же хотел посмотреть, как будут развиваться наши отношения. Если я сбегу из Игры и разморожусь, а ты останешься рисковать жизнью и ловить Жнеца, это не лучшее начало.
Ястреб сел перед экранами в углу.
– Тут нечего обсуждать. Ты должна выйти из Игры, Джекс. Если сама не решишься на разморозку, я этим займусь.
Он помахал рукой перед экранами.
Вся моя неудовлетворённая ярость внезапно сосредоточилась на Ястребе.
– Размораживаться или нет – моё решение! Никто не может заставить меня покинуть Игру, если я не хочу уходить! Я уже оплатила свою первую годовую подписку.
– Что случилось? – спросил голос Кассандры. – Кто пытается заставить тебя покинуть Игру, Джекс?
Я испуганно взглянула на экраны и увидела на одном из них её изображение. Мои щёки вспыхнули от смущения.
– Джекс должна уйти из Игры, пока я не поймаю Жнеца, – пояснил Ястреб. – Игротехники обнаружили, что у него стирающее оружие. Оно может удалить сознание игрока, разрушить его разум, и я боюсь, что он проделает это с Джекс.
– Да ты можешь годами охотиться за Жнецом! – взорвалась я. – Или вообще никогда его не поймать! Я не буду прятаться в Едзаконе, пока не сдохну от старости!
– Тебе придётся выйти из Игры, Джекс, – повторил Ястреб. – Ты возненавидишь меня за разморозку, но лучше будешь жить и ненавидеть, чем закончишь пустым замороженным телом в контейнере.
Кассандра окинула нас обеспокоенным взглядом.
– Пора на собрание. Все уже ждут нас в Амфитеатре.
Её образ исчез.
