Но, как бы то ни было, встречать гостей мне придется, так что я направился к входной двери поместья, к крыльцу которого уже подходили две девушки. Обе волновались, как грешницы в церкви, что было совсем неудивительным. Одна привела с собой члена той семьи, с которой я хотел сократить общение до минимума. Вторая… Вторая явно переживала из-за грядущего разговора, который пройдет в спокойной обстановке впервые с того момента, как я очнулся после длительной комы.
Выйдя на уличное пространство, весьма скупо поприветствовал обеих девушек, вследствие повышенной раздражённости звонками из имперской канцелярии. Гостьи восприняли мою интонации каждая по-своему, отчего после моего предложения проследовать за мной внутрь дома, в гостиную, шли с опущенными в пол глазами.
— Какими судьбами в нашем захолустье, Катя? — спросил я, после чего отпил из очередной чашки горячего кофе, что служил для меня единственным спасением от неудавшегося сна.
— Мне довелось вырваться из дворцовой суеты, и я решила приехать в гости к своей подруге, — лукавила девушка, отчего я взглянул на нее, подняв одну бровь. — И ещё мне бы хотелось с тобой поговорить, — уже более правдиво добавила принцесса, отследив мою реакцию на ее ложь.
— Пу-пу-пу, пожалуй, я вас оставлю, — внезапно поднялась Анна с дивана, на который присела буквально несколько мгновений назад. После этого девушка подошла ко мне вплотную и, склонившись, произнесла мне на ухо, обжигая своим горячим дыханием: — За свой проступок я извинюсь позже, — томно заявила Анна, после чего чмокнула меня в щеку, выпрямилась и, подмигнув, удалилась на задний двор поместья, где в это время находилась Оксана.
Стоило Анне скрыться, как в гостиной повисло неловкое молчание, которое прерывалось моими глотками свежесваренного кофе. Закинув в себя печенюшку, которых было в общей тарелке с вкусностями в изобилии, я все же произнес:
— Не кажется ли тебе, Катя, использование теплых чувств моей сестры к тебе, в качестве предлога для приезда, весьма подлым поступком? — спросил я, пронзая взглядом душу девушки, оставшейся без поддержки в лице Анны.
— Ты, как всегда, проницателен, Саша, — набравшись смелости, принялась отвечать принцесса. — Но у меня не оставалось выбора, ведь в ином случае ты бы не захотел встречи со мной. А тех крох нашего общения, что довелось получить недавно, мне недостаточно.
— Так ты даже не пыталась, Катя, — пожал я плечами. — Точно также, как твой брат, Алексей, не попытался помочь моему Роду в момент моего отсутствия. Вы, Романовы, одинаковы: хотите получать, ничего не дав взамен, — тут уже лукавил немного я, ведь титул графа и земли мне все же даровали. Правда, их потом отжали в мгновение, стоило мне уснуть крепким сном на годик. — Так вот, Катя, со мной этого больше не сработает.
— Ты прав, и за этот проступок я готова ответить, — твердо произнесла принцесса. — Но поговорить я хотела не об этом.
— Хм, интересно. О чем же тогда?
— О моей свадьбе с наследником Римского престола, — прямо сказала Екатерина. — Я нуждаюсь в твое помощи… Мне необходимо, чтобы ты разрушил нашу помолвку.
— Катя, ты свихнулась? — спросил я, поднявшись с дивана, после чего начал мерить гостиную шагами. — Как ты себе это вообще представляешь?
— Точно также, как это было с Оксаной, — напряженно произнесла девушка, отчего у меня чуть было глаза на лоб не полезли. — Ты станешь претендентом на мою руку, а я, вопреки желанию своего брата, приму твою кандидатуру.
— Извини, но я не стану этого делать, — ответил я, отойдя к одному из окон. — Если в случае с Оксаной ее женихи были, откровенного говоря, теми еще ублюдками, то Люций показался мне прекрасным человеком. Надежный, самоотверженный. Ему не понаслышке знакомо слово «честь». Выходить с таким человеком на дуэль и лишать себя возможной дружбы с ним — извольте.
— Но, Саша… Мне больше не к кому обратиться. Я просто не могу, — душа девушки сигнализировал, что она опять лукавит.
— Не можешь? Или не хочешь? — словив Екатерину на лжи, вперился в нее взглядом, отвернувшись от окна.
— Не хочу… — тихо ответила принцесса, в который раз за вечер опустив глаза в пол.
— Ты с самим Люцием обсуждала свое нежелание выходить за него замуж? — Екатерина молчала. — Вижу, что не обсуждала. Попробуй. Уверен, что ответ сына Августа тебя очень сильно удивит.
— Какая разница, что он скажет, если Михаил договорился напрямую с его отцом? — в сердцах спросила Романова. — Люций такой же подневольный человек, как и я.
— В таком случае я вообще проблемы не вижу. Женитесь, тем самым становясь самостоятельным единицами, после чего разводитесь и — вуаля! — возвращаетесь к тому, с чего начали, — развел руками и сразу добавил: — Вот только ты в этот момент уже не будешь видеть над собой дамоклова меча в виде постоянного контроля со стороны твоего старшего братца.
— Саша, на моем уровне нельзя так просто развестись, — замахала головой в разные стороны Екатерина. — Этого попросту не поймут как в высшем обществе, так и в моей семье.
