— То есть никого из вас не смущает тот факт, что она меня убить пыталась? — спокойно спросил я, заметив любезный настрой Аннет и Чайи по отношению к неизвестной девушке.
— Она же не специально, дядя Саша, — принялась приговаривать эльфийка. — Разве ты не почувствовал? Сам же сказал, что она рабыня.
— К тому же Наташе необходим фамильяр, так что следует сразу выстраивать доверительные отношения, — продолжала наставническим тоном Чайя.
— Вообще-то я вас слышу, — уже более-менее нормальным голосом обратила на себя внимание пленница.
— Потерпишь, — возразил я. — Отвечай на вопросы. Кто ты и почему стремилась меня убить?
Девушка напряженно замерла, вглядываясь в меня. Отвечать она отнюдь не желала, поэтому пришел черед устроить небольшую акцию устрашения с моей стороны. Небольшая концентрация, и моя ладонь покрывается тонкой белесой пленкой. Я медленно начал протягивать руку к девушке, и это сработало:
— Сильвана! Меня зовут Сильвана, — выдохнула пленница, однако лицо ее в этот момент исказилось болью. — Я… Я… Не могу…
— Это из-за остальных Печатей, — вынесла вердикт Чайя. — Саша, постарайся найти среди них знакомую и выяснить, есть ли у нее связь с другими конструктами.
О том, что несколько Печатей могут быть взаимосвязаны друг с другом, понятия я, разумеется, не имел. Полагаю, что некоторые конструкты могут находиться под своеобразной защитой от взлома, так что стирать их необходимо в определенном порядке. Не хотелось бы, если ты безошибочно уничтожил одну из Печатей, получить сработавшую ее соседку.
Не став гасить свой Духовный Дар, чтобы у пленницы не появлялось соблазна взбрыкнуть, я приблизился к ней и вгляделся в ее душу. Печатей, нанесенных на нее, было несколько десятков, и все они казались незнакомыми. На первый взгляд. Но стоило как следует присмотреться, так сразу же стали всплывать знакомые штрихи и линии, скрытые за подчерком неизвестного начертателя.
Словно распутывая клубок волшебных нитей, я медленно, шаг за шаг, исследовал душу девушки, будучи в поисках той самой Печати, что отвечает за невозможности говорить с ее стороны. И спустя пять минут изысканий, я нашел ее, Печать Молчания. Топорная, кривая, но рабочая.
Помимо этого, я сфокусировался на том, о чем говорила Чайя. На связи данного конструкта с другими Печатями. Поначалу казалось, что никаких связей нет, и Печать Молчания, по факту, автономна. Вот только линия, что выходила как бы из-за конструкта, давала понять, что я ошибаюсь.
На то, что это была именно связь с другой Печатью, отчетливо намекало отсутствие входа. То бишь духовная нить куда-то уходила, а вот откуда она шла видно не было. Таким образом, напрашивался вывод, что начало связи Печати Молчания с другим конструктом скрыто с внутренней части души. Там, куда моему взору покамест не дотянуться.
О своих находках и предположениях я не преминул сообщить Чайе, за что удосужился одобрительного кивка и получил новую задачу: найти тот конструкт, который связан с Печатью Молчания.
Сказать оказалось проще, чем сделать. Я множество раз терял нить. Несколько моих попыток не увенчались успехом, ведь путь доводил меня не до той Печати, о чем мне сообщала Чайя. Это говорило о том, что я где-то сбивался, но сам того не замечал.
В конце концов искомая Печать была мной найдена, потом потеряна и опять отыскана. Чайя скомандовала еще несколько раз пройти по пути следования нити, чтобы я сам удостоверился в своей правоте. И когда я начал каждую попытку заканчивать на одной и той же Печати, богиня, наконец, решила сообщить мне, что я все сделал правильно.
— Запоминай, Саша, — в очередной раз поучительной начала Чайя. — Это, — богиня указала на связанный с Печатью Молчания конструкт, — Печать Малой Защиты. Для окружающих он безопасен. Тем не менее, стоит тебе стереть связанный с этой Печатью конструкт, как душа сосуда в одночасье сгорит в Духовном пламени. Как понимаешь, такой пленник уже вряд ли кому-то что-то сможет рассказать.
Из-за того, что мы общались в открытую, пленнице довелось услышать все сказанное богиней. И из-за того, что ее душа может сгореть, или из-за того, что стирать Печати будет такой неумеха, как я, та разом напряглась и принялась медленно отползать. Аннет неплохо подлатала тушку пленницы, отчего та вновь могла сносно передвигаться. Лишь бледность лица из-за недостатка крови в организме девушки сохранилась.
— Прими свою участь, девочка, — оказалась позади пленницы Чайя. — Твоя судьба в наших руках, так что в твоих интересах сидеть смирно и не мешать Александру освобождать твою душу.
Удивительно, но жесткий приказ Чайи сработал на Сильване. Та смиренно замерла, поджав руками, закованными в наручники, ноги и опустив взгляд в землю.
«Приступай, Саша, — уже ко мне обратилась богиня, однако отчего-то сделала это мыслеречью. — Я подстрахую.»
