— Нет, — коротко бросил я. — Сотруднику имперской канцелярии я не угрожаю, а вот тому, кто покинет свое рабочее место, превратившись в простого человека, неплохо было бы напомнить о банальных правилах этикета, преподав соответствующий урок. А там, глядишь, ностальгия по школьным временам в глаз попадет, а, может, и не в глаз, а в сердце, которое не выдержит таких переживаний и… — к концу моего спича клерк уже был полностью бел лицом, а его руки нервно дрожали. — Значит так, — прервав предыдущую фразу, начал новую, добавив в голос стальных ноток, — сейчас ты усадишь свой зад обратно в кресло, с которого он поднялся, после чего вкрадчиво постараешься донести до моего разума, ведь сам я понять не могу, каким же образом запрет Михаила Романова на междоусобицы мешает тому, чтобы княжна Белова смогла выйти на арену и сразиться со своим отцом! — мой голос словно забивал сваи в плечи клерка, отчего ему даже не пришлось прилагать усилий, чтобы сесть в рабочее кресло: его ноги подкосились, а сам оказался в состоянии, близком к предобморочному.
«Мне кажется, тебе следует свой Духовный Дар погасить, — заметила Кей. — А то у него душонка не выдержит…»
Обратившись к себе, я понял, что и вправду активировал свой Дар управления душами. Сделал я это не специально, что меня слегка напрягло. Я могу случайно уничтожить чью-нибудь душу, поддавшись эмоциям, а это не есть хорошо. Нужно исправлять. Может, стать третьим учеником Чайи на время?..
«Давай лучше моим! Я могу научить тебя много хорошему и интересному!» — воскликнула Кей.
«У тебя Голицына есть, — отмахнулся я. — Тебе ее с головой хватит.»
«Злюка!» — выдала свое фирменное обзывательство девятихвостая и замолчала.
Тем временем сотрудник имперской канцелярии, видать, почувствовав своей пятой точкой силу рабочего кресла, наконец, осмелился хоть что-то мне ответить:
— Т-т-так что тут вообще о-о-объяснять? — с каждым словом следующее давалось ему легче. — Я уже все сообщил Ее Сиятельству, Юлии Максимовне. Дуэли между ней и князем Беловым быть не может! Максим Сергеевич не покинет тюремных стен ни при каких условиях. Ради блага Российской империи никаких потрясений среди высшей аристократии до завершения войны с иномирцами быть не должно!
— То есть возродить Род Беловых, который стремительно наберет силу и поможет противостоять вторжению из другого мира, — это не на благо нашей страны. А вот запрет дуэли между Юлией и ее отцом спасет хрупкий разум князей и графов от помутнения? — сам не понимая, что несу, спросил я. — Ты вообще веришь в тот бред, что сейчас пытаешься нам втереть?
— Верю! — не соврал мужчина, чему я немало удивился. — Повторяю, что ради блага Российской империи дуэли между Ее Сиятельством и ее отцом, князем Беловым, не будет!
— Честно сказать, я немного шокирован, — признался я спокойным голосом. — Получается, дуэли, после которой ты станешь княгиней Беловой, Юля, не будет… — добавив сарказма в голос, проговорил я. — Ах да! Из наследников у Максима Белова осталась лишь дочь, которую я сейчас могу лицезреть перед собой, — улыбаясь своей подруге, продолжал я. — Таким образом, стоит с самим князем Беловым, находящимся в данный момент в местах не столь отдаленных, чему-нибудь произойти, например, несчастному случаю, как вуаля! Юлия автоматически становится княгиней!
— Однако в этом случае грехи Рода не получится смыть кровью его главы, — продолжая поддерживать мою игру, вторила мне девушка. — Хотя… Находясь подле тебя, Саша, восстановить репутацию Рода Беловых станет простейшей задачей.
— Что вы подразумеваете под «несчастным случаем»? — ухватился клерк.
— Пища встанет комом в горле, либо старого князя доведет до сердечного приступа какой-нибудь паук. Например, такой, — на моей ладони появился небольшой Теневой Лихорадник, от взгляда на который клерк стал бледнее прежнего.
— Н-нонсенс! — испуганно воскликнул мужчина. — Вам не пробраться внутрь стен главной имперской тюрьмы, оставшись незамеченным!
— Кто знает… — усмехнулся я и, развеяв призванного монстра, спросил: — Хочешь проверить?
— Н-нет, — заикаясь, замотал головой клерк.
— Тогда просто разреши дуэль, выдав соответствующую бумажку, — пожал я плечами.
— Не дозволено, — покачал головой клерк. — Мне вам больше нечего сказать, — развел он трясущимися руками.
— А я думаю, что есть, — усмехнувшись, возразил я, наконец учуяв ложь в словах сотрудника имперской канцелярии. — Что-то мне подсказывает, что ты меня, как это бы помягче сказать, на…
— … нагло вводишь в заблуждение, — спасла меня от сквернословия Белова. — А врать Александру Петровичу — дурная затея. Поверь той, кто смог удостовериться в этом на личном опыте.
— У меня нет выбора… –в словах клерка вновь начала прослеживаться истина. — Мне и моим коллегам поступило указание сверху: ни в коем случае никому, кто каким-либо образом связан с Родом Новиковых, не выдавать разрешения на проведение дуэлей или других занятий, которые могут вызвать весомый резонанс среди представителей высшего света Российской империи.
— Что за бред⁈ — всплеснула руками Белова, сбросив холодную маску.
