К тому же мне непонятна их дерзость, когда их дети буквально сидят у меня в подвале и я могу закончить их жизненные пути в одно мгновение. По щелчку пальцев. Если взглянуть на ситуацию с этой стороны, то это я должен был составлять подобный список требований и отсылать его Власовым и Захаровым с просьбой, довести его до своих союзников.
Может у них есть какой-нибудь козырь в рукаве, о котором я не знаю? Иначе откуда такая уверенность в безоговорочной победе, когда все предыдущие стычки были за мной? Или же это банальная глупость и вброс на дурака?
Впрочем, время уже близится к полуночи. Поэтому скоро я смогу узнать ответы на волнующие меня вопросы, задав их своим врагам.
Оскалившись, я закрыл свое лицо маской и натянул капюшон. Не хотелось бы, чтобы меня узнали сразу. Пусть будет небольшой сюрприз.
Власов Семен Захарович восседал на своем кресле, держа в одной руке стакан с крепким алкогольным напитком, а во второй — сигару. На мониторе компьютера, расположенного на рабочем столе, шел вызов видеозвонка.
— Здор
— И тебе не хворать, дружище. Что-то ты не важно выглядишь, Федя, — ухмыльнулся Власов. — Неужто струхнул? Стрелки часов уже пробили полночь, а от нашего дружка никаких движений. Наблюдатели докладывают, что он не высовывает носа из своего бара. Впрочем, ты это и сам должен знать. Видать, раздумывает парнишка насчет нашего предложения. А-ха-ха.
— Сема, чувствую, что что-то не так, — Захаров, с которым и была настроена видеосвязь, не разделял веселья своего друга. — Уж больно удачливым мы посчитали Новикова. Глядишь, и не удача это была вовсе. Да и с требованиями мы, по-моему, перегнули палку.
— Да чего ты так распереживался-то? — поставив стакан на стол, спросил Власов. — Даже если он и дернется в нашу сторону, мы что, его не сдюжим по-твоему? Он нищий граф, у которого из людей только горстка ветеранов, которые и могли разве что с бандитами потягаться.
— А наши дети и Белов?
— Мы уже сколько раз это обсуждали? — начал вскипать Семен Захарович. — Гадом буду, но ему помогли. Скажу больше: мне кажется, что это был Евгений Белов. По моей информации, он не в ладах со своим братом, который по совместительству является главой своего Рода. Да и сейчас у них какой-то конфликт разгорелся. Снова.
— Все еще наши дети находятся у него в плену, — покачал головой Захаров. — Новиков может их казнить в любой момент. Война уже началась.
— Не пойдет он на это, ведь в таком случае у нас развяжутся руки, а у него самого сестра есть… Талантливая, — глава Рода Власовых облизнулся, предвкушая события, что произойдут, если их враг согласится на требования.
— Все равно что-то с ним не так, понимаешь? Слишком уверенным он выглядел, когда объявлял нам войну на церемонии награждения, — не сдавался Захаров.
— А у него не было выбора, — хмыкнул Семен Захарович. — Война между нами была бы в любом случае. А так, он хоть в глазах остальных благородных людей набрал пару очков. Одного не понимаю, зачем он ещё и Беловых сюда приписал? Они же Новикова сожрут и не подавятся, будет им помогать брат главы Рода или нет.
— Ты сам замечаешь странности в его решениях, но почему-то не обращаешь на это внимания, — заявил Захаров.
— А что обращать-то? — пожал плечами Власов, после чего подлил себе алкоголя в стакан и вновь взял тот в руку. — Он без двух дней либо покойник, либо раб, — залпом осушил емкость мужчина.
— Не налегай, дружище, — посоветовал своему другу Захаров. — Еще ничего не кончено.
— Кстати, — не обратил внимания на совет своего товарища Семен Захарович, вновь откупорив бутылку и наполнив стакан, — видел фотографии, где Новиков с какой-то девкой крутился в последнее время? У нее еще волосы разного цвета.
— Допустим, — кивнул Захаров, понимая, к чему клонит его собеседник.
— Мои люди не нашли по ней никакой информации. Скажу больше, скорее всего, наш дружок до поступления в Стражу вовсе не был с ней знаком, — вновь облизал губы Власов, на что его собеседник закатил глаза. — Поэтому, когда Новиков приползет к нам с капитуляцией, приберу ее себе, в качестве трофея.
— Сема, опять ты начи…
— Федя, — перебил своего друга Семен Захарович, — что это у тебя за спиной? — тот обернулся, но ничего там не увидел.
— Семен, хватит бухать, уже мерещится всякое.
— Ты прав, Федор, — Власов, протерев глаза свободной рукой, отставил стакан подальше, после чего вновь вернулся к происходящему на экране. — Нет, Федя, я тебе говорю! У тебя в кабинете кто-то есть! — мужчина пристальнее вгляделся в изображение на своем мониторе: в темном углу кабинета его собеседника проглядывались два светлячка голубого и зеленого цветов.
