Хотел было призвать еще кого-нибудь для поддержки с воздуха, но единственной летающей тварью в моем арсенале был Грозовой Левиафан. Боюсь, что такого мощного противника для столь незначительной заварушки будет многовато. Да и я ещё недостаточно восстановился для того, чтобы иметь возможность осуществить сам призыв Грозового Левиафана.
Пусть я и не смог призвать поддержку с воздуха, но людям графа Миссурийского земных тварей хватило, чтобы позабыть о том, что необходимо продолжать продавливать защиту ватажников.
Этим воспользовался Кузьмич, который, заметив ослабление напора со стороны нападающих, а также их смятение, издал воинственный клич и, оттолкнувшись от щита одного из ватажников, одним длинным прыжком оказался в центре скопища врагов. Его двуручный меч из лунной стали, специально выкованный под его габариты совместными силами Олафа и Рунора, начал стремительно вращаться в руках своего хозяина, поражая ближайших к нему противников.
Заметив, что лидер на сантименты решил не размениваться, остальные ватажники решили к нему присоединиться. Хочу отметить, что про грузовики, наполненные добычей, они не забыли, оставив рядом с ними по парочке охранников. А вдруг шальная техника угораздит, так хоть отбить будет кому.
Тем временем бойцам Миссурийского было весьма несладко. Их все еще было больше, однако им приходилось сражаться сразу с несколькими типами противников. Из Тени их поражали подопечные Чайи, а в прямом бою им противостояли ватажники во главе с неиствующим Кузьмичом. В это же время исподтишка их пытались разодрать Теневые Гончие, а под ногами то и дело сновали мелкие Лихорадники, протягивающие свои жвала к их ногам в любой удобный момент.
Так бы и закончилась история неудавшейся засады, пока в какой-то момент округу не наполнил клич, похожий на тот, что недавно издавал Кузьмич. Я обратил свое внимание на источник звука, которым стал здоровяк, вставший напротив главы ватажников.
Он практически был копией старика, за исключением отсутствия двуручного меча. Вместо него в руках у здоровяка покоился огромный топор, способный при должном усилии рассечь грузовики, стоявшие за спиной старосты, пополам.
Здоровяк прокричал что-то на иномирном языке, отчего Кузьмич ответил ему жестом прокручивания указательного пальца у своего виска, тем самым спровоцировав противника на атаку.
От соприкосновения двуручного меча и огромного топора в стороны разошлась небольшая ударная волна. Противники начали рубить друг друга, прилагая максимально возможное количество сил. Но их навыки и уровень развития были равны. Ни Кузьмич, ни его противник не могли достать друг друга, чтобы тем самым положить конец противостоянию.
Зато в остальном исход стал ясен. Сражение между ватажниками и остальными людьми Миссурийского закончилось победой первых. Как бы то ни было, но призванные мной твари и подопечные Чайи внесли свою лепту, и в данный момент времени все нападающие, за исключением их, судя по всему, лидера, были обезврежены. Тем не менее ватажники не посмели вмешиваться в битву своего главы, образовав своеобразную арену, вокруг двух дерущихся друг с другом Одаренных-физиков.
Их сражение могло продлиться еще долго, ведь они в самом деле были равны, если бы не одно «но». Ещё до начала противостояния между двумя лидерами свое дело сделал Теневой Лихорадник, укусив противника Кузьмича и поразив его Покров своим ядом.
Таким образом на протяжении всего сражения Тень, которая заменила собой токсин паука, медленно, но верно стремилась добраться до энергетической системы здоровяка. И когда двуручный меч и топор в очередной раз скрестились, то стихия достигла своей цели, отчего Покров у лидера противников исчез, а его тело лишилось подпитки энергией.
Очередной удар Кузьмича стал для его соперника последним в этом противостоянии. Старик буквально вбил лидера отряда противников в землю, несмотря на его немаленькие габариты. Понятное дело, что удержать себя в сознании здоровяк не смог. Зато хоть жив остался.
— Пакуем выживших, ребята, — старчески прокряхтел Кузьмич. — Прокатятся в холодильнике вместе с трупами тварей. Глядишь, лучше сохраняться.
Чтобы не терять времени зря, решил ехать вместе с поверженными бойцами Миссурийского. Среди них оказались как люди нашего мира, которые в основном были неодаренными, так и иномирцы. От того, что мог скрывать их разум, становилось даже интереснее.
Предварительно я раздал раненым ватажникам листья иномирных деревьев, которых в пространственном хранилище Кей было хоть отбавляй. Только убедившись, что жизням моих людей ничего не угрожает, и дождавшись того момента, как Кей соберёт все трофеи и сожжёт тела тех, кто не выжил, я со спокойной душой забрался в кузов одного из грузовиков.
