Свою форму я помнил идеально, она у меня была постоянно одной и той же почти с самого начала моей карьеры наемника. Понятное дело, что дополнительные элементы экипировки старик мне вряд ли сделает, а вот саму одежду, на которую я потом смогу поверх надеть свою разгрузку, вполне осилит.
Спустя минут двадцать езды, мы подъехали к невзрачному домику какого-то частного сектора. Вокруг него стояли неплохие особняки, так что он среди них был белой вороной. Но это меня не смутило, так что смело зашагал к входной двери. Когда я занес руку для того, чтобы постучать дверь открыла девочка лет четырнадцати, собиравшаяся выйти наружу.
– Ой, вы к дедуле? – спросила она, чуть ли не врезавшись в меня.
– Получается, что так.
– Василиса, проведи парня ко мне, – послышался голос, который я слышал ранее по телефону. – Успеешь еще погулять.
Девочка собиралась возмутиться, но сдержалась. Она нагло схватила меня за руку и потащила внутрь дома. Мы зашли, судя по всему, на кухню, и я увидел не старика, которого юная особа называла «дедулей», а поджарого мужчину, на лице которого только проявились морщины. К тому же он был Одаренным, только Дар я определить не смог. Всполохи в душе были, а вот цвет их был прозрачным, словно нет принадлежности к стихии.
– Добрый день, я…
– Да какая мне разница, кто ты? – перебил меня «дедуля». – Главное – зачем ты здесь? Рассказывай, что хочешь, чтобы я сделал.
И я начал ему описывать, а у него появились откуда-то лист бумаги и инструменты для черчения. Он быстро набрасывал то, что я ему говорил, лишь иногда задавая уточняющие вопросы. На все про все ушло около часа. Когда закончили, я видел что-то непонятно изображенное, все-таки от понимания эскизов для пошива я далек. Однако некоторые части были очень похожи на такую знакомую мне форму одежды.
– А вот эти капюшон обязателен? – внезапно задал мужик, когда ставил чайник на газовую плиту. – Мне кажется, без него он был бы куда лучше.
– Обязателен.
– Ну послезавтра к вечеру приходи, будешь мерить, – сказал он. – К слову, по деньгам за такую работу будет тысяч двадцать, может двадцать пять, – дороговато. – Ты не смотри на меня так, юнец. В основном все за проектирование и черчение. Я эскизы тебе вместе с одеждой отдам, сможешь потом такой себе в любом ателье заказать.
– А вот за это спасибо, – улыбнулся я, поднимаясь со стула.
– Куда собрался, не попив чаю со стариком? – спросил, подняв брови мужик. – Традиция у меня такая: с интересными клиентами чай пить.
– С чего вдруг это я интересный? – удивился я изменившемуся настроению портного, если его можно так назвать. – Сам же сказал, что разницы, кто я такой, нет.
– Ну, знаешь ли, не каждый день ко мне приходит пацан и с головы диктует то, как выглядит и какими свойствами обладает форма, которая при правильно подобранной экипировке уделает почти любой из современных тактических костюмов, – пояснил мне, а после чего добавил: – И что-то мне подсказывает, что ты прекрасно знаешь, что к ней должно идти довеском.
– Старик, спасибо тебе, конечно, за работу, – я присел обратно, – но подробностей я тебе дать не смогу: особенно о том, откуда у меня знания о такой форме одежды.
– Я и не прошу об этом, – наклонив голову набок, сказал «дедуля». – У всех есть свои секреты, я это прекрасно понимаю. Расскажи мне лучше, как и чем ты живешь. Без всяких подробностей. Внучка совсем не уделяет мне времени, – он вздохнул. – Все время пропадает где-то со своими друзьями, а про меня совсем забыла. Может твой рассказ поможет мне получше узнать, чем сегодня живет молодежь.
– Ой не знаю, можно ли меня отнести к подобного рода молодежи, старик, – вымолвил я, немного подумав. – Я скорее выживаю, нежели живу. И могу сказать, что проблем у меня достаточно, и они отнюдь не детские.
– А по внешнему виду так и не скажешь, – он еще раз меня оглядел. – Ты скорее на аристократа смахиваешь, нежели на человека, которому трудно живется.
– А это, – указал на надетый на меня костюм, – результат такой трудной жизни. Будь у меня выбор, я бы его ни за что не купил. Но раз он есть, то не пылится же ему, верно?
К этому времени напиток уже был готов, и мы принялись чаевничать. Старик еще пытался что-то у меня выяснить, но я сразу давал ему понять, что особых подробностей он от меня не услышит. Странный какой-то: вроде и обычный мужик, но при этом взгляд цепкий, тело больше похоже на таковое у воина, а выводы о моей жизни он делал самостоятельно, даже не дожидаясь моих ответов. И в большинстве случаев оказывался правым. Но о своей ночной жизни я даже не заикался, лишь сетовал на то, как тяжко жить среди аристократов, будучи простолюдином.
После того, как вышел от странного дядьки, Иван отвез меня в школу, где я, переодевшись, отправился на тренировку. Отметил, что выносливость моя приходит в порядок, осталось лишь силушки нарастить, как физической, так и энергетической.
Помнится мне, что хвостатая говорила о том, что тоже может развиваться, но, как это происходит, я понятия не имел. Решил спросить у нее, пока шел со спортивной площадки.
