Соскучился. Она прекрасно помнила это. И уже давно сама начала тосковать по рыжему.
Возвращаясь назад, в свои покои, Аленари вновь думала о Целителе. Звезда Хары! Мальчик должен жить. Должен выжить. Он нужен ей только живым!
Ведь это единственный человек в мире, который способен вернуть ей лицо.
– Ну же! Постарайся вспомнить! – Мне показалось, что в голосе Проклятой проскользнули молящие нотки.
– Я только тем и занимаюсь! – раздраженно огрызнулся Шен.
Они начали спорить, кажется, в шестой раз за утро, и я, вздохнув, вернулся в лагерь и принялся собираться, мысленно беседуя с Лаэн. Прыжок Бездна знает куда с помощью дурацких Лепестков Пути, которые как проснулись, так и заснули, спас нам жизни, но сделал почти невозможным наше дальнейшее существование. Лошади и фургон со всем добром находились где-то в Радужной долине. Еды не было никакой. Воды, судя по внезапно опустевшей за ночь фляге, тоже. На мое счастье, и лук, и «Гаситель», и охотничий нож остались при мне. Правда, со стрелами не густо – всего шесть штук. В небольшой холщовой сумке, во время боя переброшенной через плечо, лежали только ценные личные вещи.
У других с оружием обстояло еще хуже, чем у меня. Шен владел кинжалом, Гбабак только собственными кулаками и гребнями, Юми – костяной трубочкой, а у Роны и Тиф вовсе не было ничего опасного для жизни ближнего. Если не считать «искры», которая им, судя по утренним разговорам, не слишком подчинялась. Во всяком случае, в ближайшее время.
По счастью, хоть с теплой одеждой пока не возникало затруднений. Осень и первый снег мы спокойно переживем.
Но вот зимой – настоящей зимой – возникнут серьезные трудности. Нам стоит порыскать в ближайшем городе или деревне и раздобыть шубы и теплую обувь. А пока остается лишь молиться, чтобы вновь не начались ливневые дожди. У нас всего три плаща на всех.
Рона, собрав волосы в короткий смешной хвостик, поглаживала довольного Юми. Тот явно собирался окочуриться от восторга. Закатывал глаза, похрюкивал и дергал задней лапой, пребывая в экстазе. Похоже, друг блазга уже забыл о том, что вчера чувствовал себя очень неважно. Благодаря вечному оптимизму этого существа и его пискам про собаку жизнь становилась немного лучше.
Я сел рядом с ними, прислонив лук со снятой тетивой к дереву. Раннее утро было туманным, но сейчас белая дымка осталась лишь в складках гор, а их вершины заливало солнечным светом.
– Плохо спал? – поинтересовалась Рона.
Ее длинные пальцы продолжали перебирать зеленоватую шерстку Юми. Заметив мой вопрошающий взгляд, она пояснила:
– Ты во сне разговаривал.
– Ничего необычного. Кошмары, – неохотно ответил я, вспомнив горящую степь и Ласку.
Ходящая больше не стала задавать вопросов. Лишь ободряюще улыбнулась, считая, что от этого мне станет легче.
– Ты вчера здорово сражалась.
– Спасибо. Мы все вчера были на высоте. Но то, что наша компания жива, – заслуга Мелота.
– Скорее Шена, – не согласился я. – Он нас вытащил. Я до сих пор не верю.
– А кто верит? Разбудить Лепестки Пути… Он смог это сделать. Пускай и один раз.
– Угу. Пойду позову его. Пора в дорогу.
– Эй! Нэсс! Как твоя голова? – окликнула она меня.
– До весны заживет. Царапины.
Вчера блазг уже в темноте нарыл какие-то едкие корешки, пожевал их и присобачил мне на лоб, не слушая возражений. Ранки тут же охватило жаром, но я стоически терпел, хотя заснуть оказалось очень непросто. Не знаю, что там была за трава, но сегодня я чувствовал себя намного лучше.
Тиф и Шена я застал на очередной попытке пробудить Лепестки.
– Как ты это сделал?!
– Да откуда же я знаю, забери тебя Бездна! Оно само получилось! Плетение как будто было рядом! Я его просто схватил, потому что хотел ударить по Оспе!
– А в итоге мы оказались в глуши. Молодец, малыш, – похвалил я его и, поймав недоуменный взгляд, пояснил:
– Я без иронии. Ты все сделал правильно, даже если не помнишь как. Лучше быть живым в дремучем лесу, чем мертвым у ног Оспы.
– Не отвлекай его! – возмутилась Проклятая и снова обратилась к Шену: – Давай. Вставай на Лепестки. Попробуем еще раз.
– Хватит! – не выдержал я. – Мы теряем время! Дураку ясно, что тут можно проторчать и день, и год. У нас ни еды, ни воды. Мы тьма знает где. Надо выбираться. Найдете себе другие развалины для тренировок.
– Мы попробуем еще раз. Надо, чтобы он представил Корунн.
– Ага, – мрачно поддел я ее. – Именно Корунн. Если портал сработает, то тебе в Башне Ходящих будет организован особый прием. Пошли. Еще не хватало, чтобы вы оба исчезли!
Целитель последовал за мной. Убийца Сориты, недовольно хмурясь и в последний раз покосившись на черно-золотые клыки, поплелась следом:
– Звезда Хары! Теперь я еще больше жалею, что Тальки мертва. Она бы смогла разобраться в Даре Целителя, проиграть плетение в обратном направлении. Может, что-нибудь и получилось бы.
– А по мне, так хорошо, что она теперь покойница, – не согласился Шен. – Кстати, откуда здесь Лепестки, хотел бы я знать?
– Ну в мое время их было полно. Едва ли не в каждом городе.
– Не похоже, что здесь был город, – вмешался я. – Никаких намеков на развалины.
