— У меня кофе постоянно сбегает.
— Следить надо, а не глазами хлопать.
— Да ладно тебе.
— Сейчас сварю.
— Мне покрепче. А я пойду в комнату, надо пару звонков сделать. Тогда крикнешь, о'кей?
— О'кей, — проворчала Люська, достав из шкафа банку кофе.
— Дядя Марат приехал! Дядя Марат приехал! — кричала детвора, семеня за улыбающимся Маратом Евгеньевичем.
— Ну, сорванцы, признавайтесь, чего вы здесь натворили, пока меня не было?
— Мы вчера на водохранилище ездили, — крикнул веснушчатый паренек.
— А к нам бабушка приехала, — похвастался полный мальчуган.
— А я ничего не натворила, — с грустью в голосе сказала пятилетняя Лена. — Я ела мороженое, а потом у меня болело горло.
— Дядя Марат, покажи фокус, — попросил рыжий мальчик.
— И мне! И мне!
— Я тоже фокус хочу.
— Дядя Марат, вы обещали, помните?
Марат Евгеньевич остановился, поставил на землю объемную сумку и поднял руки вверх.
— Сдаюсь. Сейчас будет вам фокус. — Он достал из кармана монету и, повертев ее в руках, положил в рот.
— Дядя Марат, ты съел денежку?! — восторженно и в то же время испуганно спросила Леночка.
— Какую денежку? — наигранно удивился Марат Евгеньевич. — A-а, ты про монетку? Нет, я ее не ел, она лежит у тебя в кармане.
— Неправда. У меня в кармане ее нет.
— А ты проверь.
Лена засунула ладошку в карман и достала оттуда монету.
— Ура! Ура!
— Этот фокус легкий, — сказал рыжий мальчишка. — Дядя Марат, покажи другой.
— Да, хотим другой.
— Интересный.
— И сложный.
— Ребятки, мне бы отдохнуть с дороги.
— Дядя Марат, пожалуйста!
На дорогу вышла молодая женщина. Погрозив детворе пальцем, она строго сказала:
— Прекратите канючить! Оставьте человека в покое, дайте ему с дороги дух перевести.
— Мамуль, дядя Марат нам фокусы показывает, — крикнула Леночка.
— Никаких фокусов. Все фокусы потом! — Взглянув на соседа, она добавила: — С приездом, Марат Евгеньевич.
— Здравствуй, Тася.
— А мы вчера вас вспоминали, думаем, почему на даче не появляетесь. Погода замечательная.
— Дела в городе были.
— Сейчас надолго приехали?
— Дней десять поживу.
— Здорово! — обрадовались мальчишки.
— Дядя Марат, у меня есть воздушные шарики, можно, я их принесу, и вы покажете фокус, как в прошлый раз?
— Приноси, — улыбнулся Рушаков.
— Так, — Тася уперла руки в бока. — Ваши шарики подождут. Идите поиграйте где-нибудь. Лена, обедать.
— Не хочу.
— Быстро.
— Я утром хорошо поела.
— Если не пообедаешь, дядя Марат рассердится и уедет обратно в Москву.
Лена шмыгнула носом и покосилась на Рушакова.
— Лен, мама права, пообедать надо. Давай договоримся, ты сейчас бежишь и быстрее всех съедаешь суп, а потом я зайду к вам в гости и покажу твой любимый фокус.
— С веревочкой?
— С веревочкой.
— Ура! Мама, где суп? Я хочу есть.
— Марат Евгеньевич, может, вы с нами пообедаете? Я свекольник сварила, заходите.
— Не суетись, я в такую жару, кроме кваса, ничего видеть не могу.
Подмигнув Леночке, Марат Евгеньевич подошел к своей калитке. За время его отсутствия участок успел зарасти сорняком. Работенка предстояла серьезная.
Разложив в холодильнике привезенные продукты и выпив стакан кваса, Рушаков достал газонокосилку.
Час спустя к Марату Евгеньевичу прибежала детвора.
— Дядя Марат, мы пришли смотреть фокусы, — заявили они.
Рушаков сел на ступеньку крыльца и, взяв у рыжего Мишки шарик, объявил:
— Итак, фокусы начинаются…
Вскоре, стараясь перекричать галдящую ребятню, Таисия позвала домой Лену.
— Мамусь, еще чуть-чуть.
— Ты это говорила полчаса назад. Домой!
Лена нехотя пошла к себе. Вскоре удалились и мальчишки. Марат Евгеньевич, держа в руке красный шарик, усмехнулся.
До самой темноты Рушаков приводил участок в порядок. Спать лег в первом часу, уставший, но довольный.
В половине третьего Марат Евгеньевич проснулся от резкого стука в дверь. Оторвав голову от подушки, подумал, что стук померещился, как вдруг…
Тук-тук-тук.
Марат Евгеньевич встал. Включив на террасе свет, он громко спросил:
— Кто там?
В ответ не услышал ничего, кроме приглушенного лая собаки.
— Я спрашиваю, кто стучит? — Марат Евгеньевич повысил голос.
За дверью воцарилась тишина.
Не зная, как поступить: вернуться в комнату или выйти на крыльцо, Рушаков в нерешительности стоял у входной двери, глядя на воздушный шарик, оставленный Мишкой.
И все же решился. Сдвинув щеколду, легонько толкнул дверь, прищурился. Потом выключил свет, чтобы глаза привыкли к темноте.
— Кто здесь?
В метре от крыльца Марат Евгеньевич заметил светлое пятно. Сойдя по ступенькам, нагнулся и поднял шелковый голубой платок.
А вернувшись на террасу, упал.
Несколько минут Рушаков судорожно глотал ртом воздух, пытаясь отдышаться. Выпавший из рук голубой платок с вышитой в углу буквой «С» лежал у двери.
Придя в себя, Марат Евгеньевич резво вскочил с пола, подбежал к двери, закрыл ее на щеколду.
— Боже, — шептал Рушаков. — Сколько же лет прошло? Страшно представить.
Марат Евгеньевич вспомнил стук. Кто подбросил платок? А главное, зачем?
В ту ночь он больше не сомкнул глаз. Едва живой сидел на стуле, раскачиваясь из стороны в сторону, боясь прикоснуться к платку.
