Один глаз женщины был скрыт чёрной повязкой, а вот второй внимательно разглядывал меня и моего обидчика.
— Маркус, марш к остальным бастардам.
— Юрий, кажется? — уточнила она у меня. Я кивнул. — Что из всего увиденного тебя заинтересовало?
— Алтарь и камни, — отчётливо постарался произнести я, чтобы, не дай боги, не заикнуться. Очень не хотелось ударить в грязь лицом и подтвердить слухи о моей недоразвитости.
— А как же инструменты? — вздёрнула одну бровь «старушка». Хотя уж старушкой её даже мысленно язык не поворачивался назвать.
— Остальное я знаю, для чего используется, — всё так же медленно и предельно чётко пытался ответить я.
Женщина криво улыбнулась и кивком головы указала, куда мне следует отправиться.
Как бы ни старался я идти прямо, но хромоту скрыть не удалось. Руку же израненную и всё ещё под воздействием невидимых иголочек я постарался сжать кулак и убрать за спину, отправляясь ко всем остальным, присутствующим в зале, бастардам.
Шёл я медленно. Спешить не было смысла. От спешки моя походка стала бы похожа на переваливание утки. Я же и так буквально кожей чувствовал взгляды, прожигающие меня.
Никто меня не торопил. Лишь дождавшись, когда я встану в одну шеренгу со всеми остальными носителями крови, женщина заговорила:
— Меня зовут княгиня Елизавета Ольгердовна Угарова. Вас собрали здесь для повторного прохождения теста на магическую одарённость. Вы проходили эти тесты с рождения каждые три года. Но некоторые искусства и способности проявляются после достижения восемнадцати лет. Их мы и попробуем сегодня обнаружить. Сразу предупрежу, у тех, у кого они обнаружатся, жизнь изменится кардинально. Каким именно образом, вы узнаете позже.
В зал слуги внесли артефакт. Выглядел он как кусок камня, к вершине которого приплавили лезвия множества мечей. Этакая стальная ромашка, на концах которой в рукоятях видны были пазы для вставки камней. Я сразу же перевёл взгляд на камни, лежащие на столе. Вероятно, камни должны были занять свои места именно пазах.
Пока слуги устанавливали артефакт, княгиня собственноручно вставляла в рукояти камни. Они с щелчком занимали свои места.
В месте впайки лезвий в камень находилось углубление для ладони правой руки.
Я посмотрел на свою руку и представил, какие усилия придётся мне приложить, для плотного соприкосновения с анализатором. Ну да ладно, как-нибудь справлюсь.
Пока же княгиня по одному начала вызывать своих отпрысков, пусть и из боковых ветвей. И начала она всё с того же беззубика.
— Фёдор, подойди.
— Теодор, ваше сиятельство, — отличился лёгкой шепелявостью этот недоумок. — Прошу называть меня моим истинным именем.
— Теодором ты станешь, если вдруг каким-то чудом достигнешь магистерского звания хотя бы в одном из направлений, открытых у тебя ранее. А пока ты — Федя, который не в состоянии отработать роду даже стоимость костюма, на тебе надетого.
Парень скривился, но воздержался от комментариев, вставив ладонь в углубление.
Мы ждали. Уж не знаю, что произошло, но у Фёдора засветилось сразу три камня достаточно бледным, неярким светом. Княгиня сверила результат с записями в папке, которую ей передали слуги, и разочарованно покачала головой.
— Свободен. Мне ты более неинтересен.
Федор вернулся было к своим товарищам, но княгиня была категорична:
— Тебе что-то непонятно во фразе «свободен»?
— Я всего лишь хотел дождаться своих друзей, — процедил сквозь зубы Фёдор, пытаясь удержать маску невозмутимости на лице.
— Дождёшься их за пределами моего замка.
Если я думал, что появится стража, охрана, либо еще кто-то из гвардии рода, как тот же Угаров, что забирал меня от Беловых, то я сильно ошибался.
С потолка слетели два огромных паука, которые тут же смотали руки Фёдору паутиной, и практически на распорку вытащили его из зала через главный вход с аркой, через который привели меня сюда.
Оригинальная армия. И главное, абсолютно незаметная. А ведь я рассматривал потолок при входе в зал. Правда, всё моё внимание привлекли исключительно люстры.
А мрак под потолком, не рассеиваемый светом свечей, я даже не заметил. Оказывается, это был не мрак, это была маскировка.
Дальше проверка пошла потоком. Восемь Фединых дружков, которые так или иначе бросали на меня косые взгляды, полные ненависти и превосходства, покинули зал со скоростью пробки из бутылки с игристым вином.
Остались лишь мы с Эльзой.
— Дамы вперёд, — предложил я ей, указывая на проверочный артефакт.
Та кивнула головой и направилась к княгине. Я заметила, как её дрожащая ладошка вошла в углубление на артефакте и как девушка закрыла глаза, боясь взглянуть на зажёгшиеся камни.
Но, что удивительно, сверив показатели в документах с нынешними результатом, Елизавета Ольгердовна улыбнулась.
— Поздравляю, девочка, ты у нас энергомант.
Эльза испуганно кивнула, но не отшатнулась, когда княгиня протянула руку к её волосам и заправила их за ухо. Долгие несколько секунд она разглядывала внучку, или кем уж приходилась Эльза ей. Судя по всему, внучка или правнучка, если уж и я здесь.
Но, в конце концов, княгиня сказала:
