Жрец. Свиток третий полностью

Ладно, хватить ныть. Осталась последняя тетрадь. Значит, писать придется сразу набело. Плевать, как получится, меня уже тошнит от вида букв, скоро читать чужие книги не смогу. Начнем с простого, чего-то, не вызывающего сомнений в моей душе. Я склонился нал столом, мусоля в руках почерневшее от постоянного использования перо:

«Богиня – это идеальное существо, недостижимое. Оставим божественные дела небожителям и оглянемся вокруг себя. Наши поступки благостны? Дела праведны? Мы свободны внешне и внутренне? Прежде чем обратить мысли к божественному свету, необходимо привести в порядок дела земные. Все мы смертны, и никто из наших близких не принадлежит нам и не останется с нами навечно. Просто примите это и постарайтесь принести миру пользу в том, на что способны повлиять. Станьте сильнее, станьте мудрее, станьте увереннее и спокойнее! Превратите жизнь свою в пример для подражания. Помогите тому, кто нуждается в вас и не тревожьтесь о том, на что не способны повлиять. Пусть вас окружают улыбки: удивленные, непонимающие, светлые. И не забудьте улыбнуться в ответ».

Это кажется правильным. Я мог бы написать постулаты, как добрую сказку, что читают детям на ночь. Про милосердие и любовь. Очередную благостную белиберду, от которой сводит зубы, но убежден – душу лечит другое. Достаточно поверить в простую мысль: все возможно, стоит лишь захотеть! Начнем с саморазвития, накопления силы. Пусть мои последователи станут надеждой и опорой. Кому или чему? Хм… подумаю об том завтра, а на сегодня достаточно. Надо писать понемногу, но каждый день. Взять эту вершину нахрапом я уже пытался.

Захотелось как можно скорее покинуть подвал, пока я окончательно не свихнулся. Однако кое-что в тексте не давало покоя. Соответствует ли проповедник написанному? Чтобы слова не оказались лицемерием, нужно вложить в них хотя бы свою жизнь. А с этим беда: всего 13 уровень. Нужно срочно прокачаться хотя бы до сотого. Вариант был всего один. Пройдя вдоль стены, я приложил ухо к массивной двери из толстого металла. Судя по звукам, доносившимся с той стороны, внутри ждали как минимум призраки, адские собаки и прочая нечисть. Я не без оснований побаивался отпирать эту дверь. Если твари вырвутся и займут подвал, безопасной точке для воскрешения придет конец. Рано или поздно придется с этим разобраться, не может же настоятель бояться ходить по своему же храму. Группа чумных крыс 50 уровня, встреченная на входе, намекала, что соваться туда без поддержки – самоубийство даже при моем показателе веры. Кто же поможет бедному лекарю? Я пролистал посеревшие имена из списка друзей. Многие не заходили так давно, что их стоило удалить. Святоглазка оказалась активна и в сети:

– Привет зеленым!

– Норм? Ты еще играешь?

– Куда я денусь. Не хочешь в данж сходить? Я же обещал!

– А ты не торопился. Лангольера брать?

– Бери, конечно, сами не вывезем. Подходите вечером к церкви в квартале Нищих. Сможешь?

– Заметано, жди!

С одной бедой разобрались. Не зачистим подвал – запру его окончательно и выкину ключ. Положив «Тетрадь» и «Письменные принадлежности» в инвентарь, отправился к выходу. Люк жалобно скрипнул, выпуская меня на волю. В воздухе стоял запах мокрого дерева и гнили, пустые проемы окон сквозили холодом. Дом, милый дом. Несмотря на позднюю ночь, в храме кто-то был. Неужели первые прихожане? Кроме Сунь, сюда не забредал ни один НПС, а все игроки заходили только с целью убить меня. Как волнительно… надо их поприветствовать, но коронную фразу Церкви Улыбок я еще не придумал. Попробую импровизировать:

– Добро пожаловать в нашу скромную обитель, и пусть мир заметит ваши улыбки…

Я осекся, не закончив фразу. Черная одежда и огромные мешки не оставляли сомнений. Занятно, первыми встреченными мной после двух месяцев одиночества игроками оказались церковные воры.